Поглощение. Том II

Да так, что зубы по всему твоему замечательному кафельному полу разлетятся. Капишь?

– Капишь. Но вопрос тот же. С чего мне бросать выгодный бизнес? Два деловых человека всегда смогут договориться, не так ли?

– Сделка? А это интересно. Слушаю. – Я отвел его немного вбок, а сам занял его кресло.

– Твои ребятки продавали фрукты за треть цены, которую выставлял я, сбывая их сырье. Ах, пардон, твоё сырье. А значит, что и зарабатывали вы ранее в три раза меньше. Я предлагаю поделить прибыль пополам. Пятьдесят процентов тебе, пятьдесят процентов мне – закончив фразу Измаил невольно потер руки.

– А ты не забыл про оплату времени трудящихся?

– Зооморфы несчастные люди, даже если ты им дашь деньги, они всё равно не знают, что с ними делать. Им достаточно того, что ты их кормишь. – он пожал плечами, словно это само собой разумеется.

– Им возможно, а я хочу, чтобы кроме еды они себе могли еще что-нибудь позволить.

– Алексей, я до сих пор не пойму, ты альтруист, или идиот? – лицо его никак не поменялось, и спрашивал он с полной серьезностью.

– Я тот, кто может тебя размазать об пол. И я до сих пор не понял зачем мне ты. Мы и сами можем сбывать фрукты просто задрав ценник.

– Удар об пол, конечно, весомый аргумент. Может быть, ты знаешь влиятельных людей? Умеешь с ними общаться? Знаешь, где сбывать, как хранить, транспортировать свой товар? Всё это я готов забрать на себя, если сойдемся в цене.

– Я дам тебе десять процентов. – помотал головой я.

– Таки я тебя умоляю! За жалкую десятку я даже со стула не встану! Сорок процентов.

– Во! Душа еврея проснулась, когда разговор о деньгах пошел. Двадцать процентов!

– Чего только не сделаешь ради хорошей сделки. Тридцать процентов.

– Тридцать процентов и ты вернешь всё что забрал у зооморфов в тройном размере. – махнул я рукой. Так и быть. А то если продолжу торговаться, на девяносто соглашусь.

– А ты мелочный. До сих пор не забыл те редкие сферы? – глаза Измаила сузились до двух полосок.

– Не мелочный, а предприимчивый. – поправил я его.

– Таки ты меня режешь без ножа, но куда деваться? Я согласен. – в его вздохе я почувствовал все страдания еврейского народа.

– Тогда по рукам.

Измаил протянул свою пятерню, и я хлёстко скрепил нашу договоренность рукопожатием. Так хлёстко, что его рубашка сползла вниз.