Возврату не подлежит, или Дракон для попаданки

– Она нам отказала, – с обидой доложила мне Анфиса, прибежав с ответным сообщением. – Сказала, что… пока не готова.

– Так и сказала? – усомнился я. – Или дословно было нечто иное озвучено?

– Ну… – гувернёр зажмурился, после чего выпалил на одном дыхании: – Передай лорду Брехливому Алкашу, что в таком виде я отказываюсь с ним даже здороваться… вот, – втянув голову в плечи, Анфиса ожидала волну моего праведного гнева.

Я же лишь улыбнулся.

Понятия не имею, кто такой лорд Алкаш, но уверен, что, как и все предыдущие прозвища, что подбирает мне моя пара, ничего хорошего в этом господине точно нет.

Сердиться я и не думал.

Станислава здесь. Она сама ко мне подошла. Первая заговорила.

Возможно, я не знаток женских сердец, но что-то мне подсказывало, что это хороший знак.

А вот плохим знаком было то, что прямо на моих глазах Станислава начала обниматься с каким-то гномом.

Ударив ладонями по столу, я зло наблюдал за новообразованной парочкой.

Стоят. Улыбаются друг другу.

Р-р-радость какая!

– Анфиса, – сухо позвал я, продолжая наблюдать за престарелым гномом, что посмел прикоснуться к моей истинной.

– Я поняла, мой хмельной виноградик! – гувернёр побежал исполнять. – Всё скажу!

Боюсь, если бы драконья сущность проснулась полностью – гному пришёл бы конец. Нет, убивать бы я не стал. Слишком просто. А вот отправить на рудники…

– Я сяду, – не спрашивая, а скорее больше констатируя факт, Дургуза подняла опрокинутый мной ранее табурет и опустилась на него.

– Я слушаю, – с трудом переведя взгляд от своей истинной на дочь вождя, я искренне поблагодарил её. – Спасибо.

Дургуза была сейчас на редкость собрана. И то, что она мне едва слышно сказала, оставило неприятный осадок на душе.

– Отец просил передать, что это не его решение, а духов. Они ему прошептали, что место Стаси здесь. Не рядом с тобой, а в этом мире. И судьба её ждёт не простая. Не выйдет у тебя её спрятать. Тем более, что ты и знать не знаешь о тех, кто хочет забрать Стасю себе.

– Забрать? – повторил я, пытаясь добиться от орчихи пояснений. – Кто-то узнал про… из-за меня на неё откроют охоту? Или… – я замолчал, хмуро смотря вслед удаляющейся спины Дургузы.

Больше ничего пояснять мне дочь вождя не собиралась.

Проклятые упёртые орки!

– Нельзя ни с кем обниматься? – донесся до меня громкий голос Станиславы. И, кажется, говорило в ней не возмущение. Она специально хотела, чтобы я услышал.