Поцелуй врага

С четырех сторон здания и один въезд, закрытый решетчатыми воротами. Эхом разлетаются чужие тяжелые шаги, скрежет металла, а я мечусь загнанным зверем. Назад нельзя, остается попытать счастья, прорвавшись через ворота.

Легко бегу в тени одного из зданий, но и мягкая поступь отдается эхом в «квадрате» зданий.

– Тихо, слышишь?

Чужие шаги стихают, замираю и я. Перемещаюсь приставным шагом к пожарной лестнице. Первая ступень высоко. «Хоть бы не разложилась», – повторяю и повторяю про себя. Раскачиваюсь, толчок – и я хватаюсь за нижнюю перекладину.

– Ветер. – Мужской голос совсем рядом.

Подтягиваюсь и благодарю небо, что крепления заржавели. Стена дома находится в тени, спешно взбираюсь на крышу.

Ветер хлещет по щекам, трепля мои волосы, словно стяг. Я же мечусь от одного чердачного окна к другому в надежде найти открытое.

– Кажется, наверху.

Ветер доносит голоса. Нужно переждать, прячусь от непогоды за небольшим выступом и сажусь прямо на металлический скат.

Мелодия звонка набирает громкость, а я борюсь с замком кожаной куртки. Ну кому приспичило позвонить так не вовремя?!

– Алло, – шепчу я. Облокотившись на металлический лист, склоняюсь. Двое мужчин обходят территорию, методично осматривая темные углы, подсвечивая фонариками.

– Янка, ты где? – На заднем фоне звуки проезжающих автомобилей и голоса людей.

– В жопе я, Вика. – Хочется ругаться, но я замолкаю.

– Может, на крышу поднялась? – интересуется первый мужской голос.

– Да ну, – отвечает второй. Хлопки обуви бьют по нервам. – Не, точно нет. Не допрыгнуть.

– Ян, ты что молчишь?! – нетерпеливо спрашивает Вика.

А я уже слышу, как вежливый голос объявляет остановку и предупреждает, что двери закрываются. «Эта коза успела на последний автобус», – пульсирует в голове. Теплый, комфортный и безопасный транспорт. А я сижу на крыше пятиэтажки под порывами ледяного ветра. Отмораживаю задницу!

Сбрасываю вызов, отключаю звук и стараюсь выровнять дыхание, успокоиться.

Охрана покидает внутренний двор спустя двадцать семь минут. Замерзаю так, что стучат зубы. От злости на подругу не остается и малейшего следа, все мысли сосредоточены на доме, горячем душе и теплом одеяле. Заставляю себя подождать еще. Совершенно не чувствую ног, разминаюсь, осторожно прохаживаясь вдоль края.

Путь вниз по лестнице не кажется таким легким, каким был наверх.