Невинный трофей для охотника

Знаю лишь со слов Маши: мама и папа погибли в бою с оборотнями.

В этот день я вновь обрела сестру и узнала о существовании нелюдей; слушала сбивчивый рассказ Маши, хмурилась, жалела ее, думая, как бы ненавязчиво предложить обратиться за помощью к врачу, но все сомнения отпали, когда острые клыки впились в мое запястье. Сестра пила кровь жадно, зафиксировав мою кисть пальцами, словно стальными клешнями. Не слышала моих слов, просьб, мольбы, криков. Не чувствовала моих щипков, ударов.

Она никак не комментирует слова, молчит и спустя вечность тишины произносит:

– Выстрелы.

Я прислушиваюсь к хлопкам.

– Охотники, – комментирует сестра. – Вчера тот, кто приходил, искал следы роя. Нам нужно лишь переждать, – делает выводы. – Сонь, замотай раны, – голос сестры садится.

– Мне нечем, – я прячу саднящие ладони под колючим шерстяным свитером.

– Как думаешь, еще долго будет охота? – Маша старается отвлечься.

– Не знаю, – я пожимаю плечами. Меняю позу, тонкая подошва липнет к размокшей глине.

– Если ливень продолжится, может размыть вход, – Маша озвучивает мои страхи.

– Нам бы продержаться до утра. Можно попробовать вернуться в квартиру, хотя бы на пару дней. Я уже забыла, что такое тепло, чистая и мягкая постель, – с шепота я перехожу на мечтательное попискивание.

– Можно. Пойдешь одна. Сомневаюсь, что обо мне забыли. Прошел уже год, а охотники с завидной регулярностью прочесывают весь город. Говорят, правящие Темных и Светлых заключили мирный договор и всеми силами стараются его соблюдать.

– Тук, тук, тук, – ласковый женский голос смешивается вместе с редкими ударами капель дождя. – Кто в землянке живет? Кто в неглубокой живет?

Сестра резким движением зажимает мне рот, прижимает к влажной стене и шепчет:

– Сиди, не высовывайся. Я вылезу одна. Досчитай до тридцати и только тогда беги. Беги к трассе.

Я отрицательно закрутила головой.

– Если это охотник, то у тебя есть шанс. Им не нужны люди. Вряд ли ты кому-то успела перейти дорогу и на тебя заказ, а если это живодеры, то шансов нет ни у одной из нас.

– Тук, тук, – повторил женский голос. Обманчиво ласковые ноты сменились на угрожающие. – Я твой друг, – от последних слов по спине побежали мурашки.

– Я ее уведу, – Маша встряхнула меня. – Считай до тридцати. И беги! Я сама тебя найду.