За гранью грехов

Одергиваю руку, замечая, как трепещут ее длинные черные ресницы. Она причмокивает пухлыми губками, словно маленькая девочка. Внутренняя дрожь оставляет карту из мурашек на ее коже. Тяжело выдохнув, сбрасываю напряжение в груди и накрываю Ри пледом, стараясь заблокировать чувства неприязни, что овладевают мной, когда я прикасаюсь к девушке.

Попутно достаю телефон из кармана брюк и быстро набираю Коула Стоунэма.

– Привет, брат, – бросаю я, прислушиваясь к характерным для этих двоих звуком на заднем фоне. Не сомневаюсь, они только что с Бекс классно потрахались и теперь валяются в грязной клубной постели.

– Ну как, операция завершилась удачно? – полностью расслабленным и удовлетворенным тоном отзывается Стоунэм.

– Да. Весьма неплохо прошла. Но в холле ее поймал Майкл Доминго. Хотел изнасиловать, старый ублюдок. Живым или мертвым – он доставит проблемы. Но мертвым, доставил бы больше, чем живым, – с неохотой признаю я, все еще не в силах поверить в то, что позволил одному из самых «ближних» к отцу лицемеров приблизиться к Эриде.

Не сомневаюсь, что отцу уже все известно о местонахождении Ри. Он наверняка выстраивает свой план по ее захвату. И до осуществления его планов, осталась всего неделя.

– Ах, этот импотент. У него все еще стоит? – глухо усмехается Стоунэм.

– Ему шестьдесят. Как думаешь? – непроизвольно морщусь, представив определенную картину. – Как вы там поиграли?

– Бекс была великолепна. Моя девочка – актриса, достойная Оскара, – без лишней скромности хвалит свою жену Стоунэм.

– Вы сумасшедшие, – ставлю диагноз я.

– А ты, нет? Зачем тогда издеваешься и дергаешь свою куклу за нити?

– А зачем ты годами издевался над своей женой в свое время?

Немного помолчав, Коул отзывается твердым тоном:

– Чтобы исцелить ее, – я не ожидал другого ответа.

Несомненно. Случайных встреч не бывает, вы же знаете?

– Я преследую другие цели. Ну, ты знаешь. Она – его слабое место. Он теряет контроль, хватку, себя, стоит лишь ей замаячить на горизонте. Время пришло.

– Где же твое аристократическое благородство, Кинг? Тебе совсем не жаль девочку? Ей очень досталось от вас обоих.

– Жалость… я постараюсь изобразить ее, – возвожу взгляд к потолку.