Опиум

Я и сама не знаю, сколько точно… но я никогда не ощущала настоящего вкуса близости, об оргазме вообще молчу. Я не знаю, что это такое, по крайней мере, с мужчиной. Конечно, можно самой получить желаемое, но это не то… знаю, что не то. Каждый раз во время секса мне приятно, бывает даже хорошо, но в последний момент удовольствие пропадает, и я имитирую. Устала. Изображать удовольствие, и еще больше устала от жуткого чувства опустошения, которое накрывает меня после коронной мужской фразы «Я все. Ты была незабываема».

Каждый раз хочется ляпнуть: «А ты нет».

Наверное, пришло перенасыщение. Меня уже не удивить ни красивым телом, ни большим членом, ни чертовским очарованием. Я даже не знаю, каким мужчиной нужно быть, чтобы я на него посмотрела и захотела искренне – с макушки до пят. Я не из тех девчонок, что текут от одного прикосновения. Скорее наоборот, это мужчины не могут себя контролировать рядом со мной.

– Ну, я, по крайней мере, не раздвигаю ноги за деньги, – отрезаю я жестко. Я никогда не даю себя в обиду, вот и все.

– Девочки, с вами невозможно разговаривать, – щебечет Диана, ставя перед нами тарелки с горячей пастой. – Как можно быть такими… беспринципными что ли?

– Как можно быть такой святошей, Ди? Ты бы попробовала разок. Тебе бы понравилось, – мурлычет Наоми, нападая на макароны. – И кстати, Джэл, у меня завтра рабочая смена с одним мужчиной из списка встреч совпадает. Может, заменишь?

– Сейчас, размечталась. Я не буду спать с каким-нибудь стариком, даже ради денег.

– Тысяча долларов. В час. Молодой, красивый. И с ним спать не обязательно – всего лишь сопроводить на прием на пару часов, а потом помашешь ручкой. Решайся, Джэл. А то я начинаю не узнавать свою подругу. Джинсы, майка… волосы в хвостике. С каких пор ты стала серой мышкой?

– Может, с тех пор, как у меня отняли ВСЕ, что у меня было.

– Хорошо, можешь никуда не идти. Кстати, вы не забыли, что завтра мы оплачиваем жилье? По восемьсот с каждой.

Вот сучка. Бросаю на Наоми презрительный взгляд. И ведь знает же, что у меня в кармане последние двести долларов, а зарплата только через неделю. Я надеялась, что она внесет всю сумму, как обычно, а я отдам ей ровно через неделю… черт возьми, это все так унизительно. Я с детства не знала, что такое нуждаться в деньгах. А теперь приходится вертеться, чтобы выжить. Разве это жизнь? Шесть дней я работаю, а на седьмой отсыпаюсь, не в силах встать с постели.