Чёрное Солнце. Рассвет

 – Он закрыл шкатулку с обручем и сунул себе под мышку, стараясь, чтобы на его лице не отразилось радостное воодушевление. Разуму отца эта вещь уже вряд ли поможет. Зато, вполне вероятно, вернёт Итану утраченные детские воспоминания. – Что я могу сделать, чтобы отплатить за вашу доброту?

– Мм… – Глаза Беатрис подёрнулись мечтательной дымкой, нарумяненные щёки запылали ещё ярче. "Зачем только спросил…" – Я хочу всего лишь снова иметь возможность насладиться вашим приятным обществом на предстоящем круизе и наконец представить вам свою Элену.

– Хорошо, – выдержав благодарную паузу, произнёс Итан чуть вибрирующим бархатным голосом, который так любили женщины, и улыбнулся той улыбкой, от которой женщины обычно сразу принимались панически обмахиваться веерами. Мадам Беатрис не стала исключением и, за неимением под рукой веера, начала взволнованно обмахивать лицо чрезмерно надушенным платочком. Итана снова замутило. – Что ж…

– Да-да, конечно, вам уже пора, я помню… Идёмте, я сама вас провожу.

Они прошли по длинному коридору очень медленно.

Сли-и-ишком ме-е-едленно. Многочисленные слуги провожали их бесстрастными взглядами и лёгкими поклонами, и Итану всё время хотелось подтолкнуть шагавшую впереди вдову в спину. Он мечтал как можно скорее вернуться в Храм и опробовать на себе штирг.

Уже приоткрыв дверь, мадам Беатрис остановилась и, повернувшись к дейну, сказала заботливо:

– Берегите себя, Ваше Преосвященство. Больше бывайте на солнце и не забывайте о питании. Вы чрезвычайно бледны.

– Я обязательно последую вашему совету, благодарю, – сказал Итан, терпеливо ожидая, когда вдова посторонится и позволит ему выйти. Но та неожиданно сделала шаг ему навстречу и, наклонившись, потянулась к его руке, явно намереваясь поцеловать треугольную печатку Архаина. – О, не стоит, я ещё не вступил в должность…

Он попытался выдернуть руку, но женщина всё-таки успела оставить красный след помады на его пальцах. Подавив отвращение, Итан состроил любезную мину растроганной и смущённой даме и поспешил протиснуться в освободившийся дверной проём.

В это же мгновение громадная серая туша проскочила у него между ногами, заставив дейна споткнуться, и стремительно скрылась в ближайших кустах смородины. За котом из дома тут же высыпали слуги и сама мадам Беатрис.

Не обращая внимания на суету, волнение и ругань за своей спиной, Итан торопливо пошагал через залитый солнечным светом двор усадьбы, едва сдерживаясь, чтобы не пересечь лужайку бегом.