Полумрак

– Будешь? – протянула мне девушка открытую пачку с покупными сигаретами. Я достал белую папиросу и понюхал ее. Этот табак пах отлично.

Лиза подкурила себе и передала мне зажигалку.

Я пару раз чиркнул и кремень вылетел из-под барабанчика. – Вот черт!

– Ну что ж ты так… – расстроилась уставшая девушка. – Я сейчас за другой схожу.

– Не надо, подожди, – я остановил ее рукой и вынул из ее рта тлеющую сигарету. Приставив уголек к своей я как следует затянулся.

– Да, точно… – усмехнулась Лиза, забыв про этот способ напрочь.

 – Не растерялся.

Вдыхая едкий дым, мы стояли на сквозняке, что уносил серые клубы вверх. Стояли и молчали. Моя футболка под порывами ветра то прилипала, то отлипала от раны, причинная дискомфорт. Я стоял и не знал с чего начать разговор. Лизе, наверное, вообще было не охота говорить. Она просто делала ровные затяжки, иногда прерываясь на глоток обычного воздуха.

– Ты ужинала? – вдруг вырвалось у меня. Я сам от себя не ожидал такого вопроса.

– Нет.

Не успела, – безучастно отвечала Лиза.

– Жаль… – я продолжал мяться на месте, собираясь с силами, чтобы закончить свое предложение. – Может сходим поужинаем? Я понимаю, что тебе завтра на дежурство и ты устала, но тут совсем недалеко есть хорошее место, я бы угостил тебя. Там продают хорошие…

Я не договорил свой монолог. Девушка взяла меня за запястье и подтащила к себе. Я испугался, но быстро понял, что она потащила к себе не меня, а мои часы. Повернув голову в удобное положение Лиза прищурилась.

 – Пойдем.

– Точно? – удивился я.

– Эхх… да точно, точно. Пошли уже, – усмехнулась она. – И на дежурство мне в дневную смену. Это сразу после основной работы.

– Так погоди! Это же хрень какая-то! – возмутился я безумному графику фельдшера. – Так же не нормально.

– Ошибаешься. Это вполне естественно, – Лиза бросила тлеющий окурок на пролет ниже. – Давай не про работу. И давай уже пойдем.

Спустя десяток минут мы оказались на перроне. Поезд вылетел из черного тоннеля и остановился.

В столь поздний час люди почти не перемещаются по городу и двери пришлось открывать и закрывать мне. Лиза не стала заходить в комнату к соседке и лающей собаке. Пошла со мной даже не переодеваясь. Я, в отличие от нее, хотя бы успел помыться.

Вагон тронулся и унес нас в темноту. Заколоченные фанерой окна громыхали, не давая возможности начать хоть какой-то разговор. Ветер раздувал темные волосы Лизы, не позволяя ей задремать.