Его запрет

– Не представляю, – признается подруга, наконец отрывает взгляд от украшения и смотрит на меня. – Лиз, ты чего?

– Все нормально, – говорю одними губами и, до боли зажмурившись, считаю до десяти.

– С ума сошла, – Юля встряхивает меня. – Сейчас макияж испортишь! Вот, стрелку смазала. Идем, поправить надо, – она поднимается и тянет меня за руку.

А я чувствую себя самой настоящей дурочкой. Мне не хочется уходить. Когда еще удастся посидеть вот так – рядом с любимым мужчиной? Только если на следующий мой день рождения или день рождения Марка.

Но тогда мне будет отведено “детское” место – рядом с братом. А в десять вечера я пойду в свою комнату, пока он с друзьями продолжит праздновать.

– Ну идем же! – Юлька дергает меня.

Откуда в ней столько упорства? Мне приходится встать и идти.

– Ты чего скисла? – спрашивает подруга, когда мы входим в комнату. – Он приехал, – плюхается на кровать и высыпает содержимое косметички на постель. – Смотри, какой букет привез. Мне таких никогда не дарили, – усаживает меня рядом с собой.

 – Глаза закрой. А за такой кулон девки глотки друг другу перегрызут. Видно же, что не стекляшка.

– Кулон купила его помощница.

– И что?

– Как что? – я обиженно восклицаю, распахивая глаза. – Ему все равно, что мне дарить. Понимаешь? Он не сам его выбрал. Не ходил в ювелирный, не рассматривал витрины.

Юля вскидывает брови и изрекает:

– Зверева, ты дура.

– Сама дура, – я обиженно произношу.

– Иногда бываю, но сейчас в этой комнате только одна дура.

И это точно не я. Ты же сама говорила, что твой Слава невероятно крутой юрист. Что вот прям боженька в своем деле.

– И? – я все еще обижена на подругу.

– А ты думаешь, что большим и важным мальчикам есть время ходить по ювелиркам, м? Это время он лучше потратит на работу, чтобы заработать вот на такое, – подруга колпачком подводки для глаз тыкает мне в район груди.

– Я не знаю…

– А ты подумай. Подумай-подумай! И глаза закрой, а то стрелка сильнее размазалась.

Мы замолкаем. Подруга колдует с макияжем, а я обдумываю ее слова.

– Ты, наверное, права, – говорю я спустя минуту.

Юлька закатывает глаза.

– Гурунова Юлия Сергеевна всегда права! – отвечает она. – Пошли. Ты снова красотка.

– Попова… – поправляю я ее.

– Не нуди. Думаешь, меня запомнят с такой фамилией? Попова… Нет! Если я хочу добиться высот и сверкать на красных дорожках кинофестивалей, мне нужен псевдоним.