Сердце ангела

Но вот она подняла голову:

– Я не такая уж плохая, как ты меня представляешь, – вскрикнула она, жеманно надувая губки.

Услышав его низкий грудной смех, она готова была откусить себе язык с досады. Она отпрянула и пристально посмотрела на него, затем её брови сердито сдвинулись.

– Что тебя так рассмешило? – ровными жемчужными зубами она до крови закусила нижнюю губу.

Когда он это увидел, его сердце защемило от боли.

– Ты очень смешно надула свои губки…. Вот и сейчас ты опять забавно морщишь свой чудный носик.

Он наклонился и чмокнул её в нос. Теперь рассмеялась она.

– Почему ты теперь смеёшься? – опешил Дэн.

– Щекотно…. Ты в нос поцеловал, а мне щекотно….

Они оба расхохотались и ситуация разрядилась.

– Спасибо, что проводил, – донёсся до Дэна её голос.

Он и не заметил, что они подошли к её дому. Она уже овладела собой: искры радости, блеснувшие в её глазах, потухли так же быстро, как и появились.

– Да ты прав….

Он лихорадочно кусал себе губы, не зная, что сказать, как остановить Асю. Он столько лет молчал….

– У меня проводы через два дня…. Ты придёшь? – с надеждой спросил он.

– Да, да, конечно…. Я приду….

Она шла с подружками со школы, когда дорогу ей преградил Влад. Высокий, представительный, явно самоуверенный и дерзкий, он был по-своему красив грубоватой красотой.

– Мы вчера немного повздорили.... Ты прости меня....

Ася посмотрела на этого человека с ужасом, тотчас уступившим место взрыву ярости:

– Немного повздорили?!? Это теперь так называется? Ты – чудовище! Ты чуть не задушил меня. Если бы не Дэн....

– Ах, да, Дэн…. Говорят, что вы вчера с ним вместе удалились. Как провели вечер? Он хоть отважился поцеловать тебя? – в его голосе звучали ничем не прикрытые нотки ревности.

– Он – нет, – она услышала вздох облегчения, вырвавшийся у Влада, – а я – да….

– Что? Что ты сказала? – и глубокий вздох, отдавшийся  мучительной болью у него в сердце, вырвался у Влада и прервал её речь.

Ася устремила на Влада свои спокойные испытывающие глаза, узкие дуги чёрных бровей чётко вырисовывались на матовой белизне её лица.