Кустосы. Предназначение

Неожиданно к зрительному восприятию добавились звуки приближающихся шагов. Ко мне подошли двое. Очень несуразная пара. Мужчина был похож на великана со своими длинными ногами, обутыми в тяжёлые ботинки, и широкими плечами, на которых жалобно потрескивала заношенная в пятнах футболка. Его длинные волосы больше походили на куцую гриву льва – всклокоченные и растрёпанные. Женщина же наоборот, была невысокой, плотной, с очень выразительной линией бёдер. Образцово опрятная, её туника была чистой, а длинные до лопаток каштановые волосы были аккуратно причёсаны.

–Ты нас слышишь? – спросил мужчина, щёлкнув у моего уха пальцами. – Понимаешь?

Пахнуло каким-то неприятным запахом мазута или машинного масла. Я судорожно кивнула, с трудом заставляя своё непослушное тело двигаться. С волос полетели кусочки желе.

– Мы тебе поможем, – с этими словами мужчина без единого признака усилия подхватил меня на руки. Я успела лишь вцепиться дрожащими руками в его футболку и посмотреть через плечо. Высоко. Ноги ощущались как тюки, набитые соломой.

Пока он меня нёс, я взглянула наверх, прощаясь с местом, где появилась на свет. Огромное помещение, конца которого я не видела, было затянуто густой пеленой тумана. В капсулах, висящих прямо в воздухе, в разноцветных жидкостях находились в основном дети, где-то это были ещё непонятные сгустки, где-то – младенцы. Над местом моего падения висела пустая капсула. На мгновение нахлынуло чувство грусти и лёгкого разочарования, ведь я так много времени провела в этом бесполезном сосуде боли.

– Ничего не бойся, ты в полной безопасности, – проговорил мужчина медленно.

Меня занесли в просторную комнату, где мужчина ободряюще улыбнулся, опустил меня в ванную и поспешил удалиться.

– С тобой всё будет хорошо, не волнуйся, – очень мягко, по-матерински улыбнулась мне женщина, завязывая волосы в хвост. – Сейчас приведём тебя в порядок и будем осваиваться. Я тебе всё объясню.

И она принялась за дело. Меня мыли, сушили, натирали чем-то резко пахнущим.

Меня одели. После вечности в желеобразной массе одежда казалась неудобной. Она ограничивала, покалывала кожу, пахла странно, а главное, сковывала.