Человеческая оболочка

Он находился все там же, на скамейке вестибюля, в лазарете поселения Повал.

– Да нет там никаких древних! И богов там тоже нет! – доносился глухой голос старика аж до другого конца лазарета.

– Откуда тебе знать? Ты был там? Сам видел? – Мария вела какой-то оживленный спор.

– Он живой пример!

– Именно это я тебе и толкую!

Спор быстро перерос в ругань и Айзек решил прервать его ненадолго. Очень хотелось есть, да и белый шум в ногах не давал ему покоя. Кое-как передвигая онемевшие конечности, он добрался до комнаты, из которой раздавались голоса.

– У них теплая земля! Ты сам это знаешь! – голос женщины становился все громче.

Дернув дверь, парень попал в комнату, в которой располагалась обеденная зона. Стол, выструганная из дерева кухня. Электрическая плитка, на которой стоит кастрюля. Вся мебель была грубо сделана, совсем не так, как в доме Юрия, и это сразу же бросалось в глаза.

За окном был день. Ясный солнечный день. Пара часов сна пошли парню на пользу и сейчас он чувствовал себя более-менее свежим.

Беспокоили лишь пара вопросов: где мясо, и где снегоход? Но форсировать события было плохой идеей, и, заметив, что Юрий и Мария внезапно замолчали, Айзек подошел к большому столу, выдвинул стул и сел.

– Старик, ты как? – с неподдельным интересом спрашивал юноша.

– Нормально, сам-то как? Видел я гору трупов, что ты привез. И сломанное крыло снегохода… аккуратнее-то не мог? – по своему обыкновению, недовольно и неловко отвечал Юрий.

Мария, принеся миску с тушеным мясом и овощами, вклинилась в их неуклюжий диалог.

 – Ты совсем крышей поехал, старый? Почему ты не можешь его просто похвалить?

– Ничего страшного, – прервал ее Айзек. – Он всегда так меня хвалит, я привык. Это чтобы я не зазнался.

– Да что же у вас двоих за отношения-то такие?

– Нормальные, – буркнул дед, протянув руки к еде. – Самые обычные отношения!

Тишина вновь повисла в комнате. Все черпали в деревянные ложки свое тушеное мясо. Айзек был на седьмом небе от счастья, ведь нормальная еда не попадала к нему уже очень давно.

Кто бы что ни говорил, а жрать одно мясо уже надоело. Разнообразие вкусов отвлекло его от течения времени вокруг, и он просто наслаждался едой. Сколько же тут овощей? Кажется, одно лишь это блюдо стоило всех усилий, потраченных прошлой ночью.

Пока он ел, Мария рассказала и про то, куда дели мясо, и про то, как Юрий отгонял снегоход, поставив его заряжаться. И про то, как негодовал, рассмотрев сломанное крыло.