Опять ты!

Во-первых, у меня две работы, во-вторых, только начались курсы, и концерт в субботу. Так что, раб мой, готовься полностью перекроить свой график. За дорогой смотри. И я не воспламеняюсь под пристальным взглядом, как ни старайся…

– Ты сейчас намекаешь, что приобрела меня в качестве водителя? – я не сдержал удивления.

– Нет! Никаких намеков. Это факт! Водитель, в магазин ходитель, тяжелые сумки носитель, – Василиса перевела дыхание, набрала побольше воздуха в легкие и продолжила: – Рядом с тобой люди выживают? Я на досуге газету листала, так там потомственная ведьма предлагает снять порчу.

– Где рецепт? – я собрал всю силу воли, чтобы не придушить Принцессу прямо в машине. Василиса осмотрелась по сторонам. Через дорогу светилась вывеска круглосуточной аптеки. – Рецепт, – повторил.

Хотелось быстрее вдохнуть полной грудью свежий воздух. Прохладный и успокаивающий.

За время моего отсутствия Принцесса освоилась, похозяйничала и настроила свою любимую волну, врубила музыку почти на полную мощность и наслаждалась.

Я закинул пакет на заднее сиденье, жестом попросил убавить громкость.

– Ты не выглядишь умирающей, чтобы с тобой нянчиться, – заметил я.

– Я могу громко стонать и метаться в предсмертной агонии, если тебя это порадует.

– Не порадует.

Василиса смотрела на меня, чуть склонив голову набок:

– Ты опять меня нюхаешь! – воскликнула она, ткнув пальцем в плечо.

– Не тебя, а изменившийся воздух в салоне, в машине пахнет больничкой.

– Маньячелло.

– Не боишься, что окажешься права? У меня есть возможность завезти тебя в ближайший лесок.

– Не-а, – протянула она беспечно, хихикнула и процитировала анекдот про Красную Шапочку: – «Лес я знаю, секс люблю».

– А кто говорил про секс? – спросил я.

– Кто? – передразнила меня девушка.

– Никто, – я вцепился в руль и влился в редкий поток машин.

– Раб, – Василиса взмахнула рукой, демонстрируя свою волю, – в круглосуточный магазин.

– Я тебя высажу! – пригрозил я.

– Совесть не позволит.

И ведь права, чертовка! Давно бы уже высадил и указал маршрут следования, но не могу!

***

Повиснув на тележке, Василиса накладывала продукты, задержалась в овощном и молочном отделах, а я плелся рядом и с грустью поглядывал на редких посетителей магазина.

– Все, на кассу, – скомандовала.