А теперь побегай ты!

Следующие две недели прошли словно в тумане. Я готовилась, читала, зубрила, ела, спала и ходила на экзамены. Если меня сейчас кто спросил, как выглядели мои соседки по комнате, я бы ни за что не вспомнила.

На деревянных ногах я зашла в фойе и подошла к доске. На ней вывесили списки поступивших.

– Простите, можно пройти? – Я постучала по спине широкоплечего парня.

Он обернулся.

– Да, конечно, проходи, – улыбнулся и пропустил вперед.

Я окинула печальным взглядом впереди стоящих и поняла, что маневр придется повторить еще раз пять.

За спиной услышала тяжкий вздох.

– Эй, малышка, ты куда поступала, давай гляну?

– Экономика и бухучет, – ответила я.

– Ну, а фамилия, малышка?

– Боголюбова, Ева Боголюбова, – добавила имя, вдруг там несколько Боголюбовых?

Пока парень пробегал глазами по спискам, я смотрела на его лицо и не дышала, пытаясь считать эмоции.

– А ну, разошлись, дайте, списки глянуть! – Он взял меня за руку и потащил чуть левее, протолкнул в первый ряд и ткнул пальцем в верхний лист на стенде.

Я перечитала свою фамилию раз пять, парень терпеливо ждал.

– Я поступила! Поступила! – На радостях я обняла его за шею. – Ой, прости.

– Влад.

– Прости, Влад, – выдавила я из себя и почувствовала твердую почву под ногами.

Он рассмеялся.

– Ты чего такая зашуганная? Я хотел лишь познакомиться, меня Влад зовут.

– Ева. – Я неуверенно пожала в ответ. – А ты поступил?

– Да, на юрфак, два года назад, – добавил со смехом. – У меня сестра в больницу загремела, пришел за нее глянуть.

– А-а-а, и как?

– Поступила, куда бы она делась, на платное же, – рассмеялся он еще громче.

– Спасибо, что помог. – Я взглянула на часы. – Мне пора, на автобус опаздываю. – Я развернулась и побежала к сумке, оставленной у входа. – Пока, Влад! – Махнула рукой.

– Пока, Ева.

«Так неудобно, он мне помог, а я сбежала», – пронеслось в голове.

***

Бабушка встречала накрытым столом с моими любимыми вкусностями и огромным тортом. К вечеру собрались все соседи – поздравляли. Я набила живот до отказа и сбежала в свою комнату, вымотанная дорогой и двумя неделями переживаний.

Когда я уже и забыла о своей шалости, позвонила мама и не застав меня дома, отчитывала бабулю за то, что я наговорила сестрам.