Кольцов. Часть 2

И к следующей субботе должен уже подъехать Радек. И тогда мы сможем собраться по поводу обсуждения Устава сообщества.

– Да, я постараюсь всенепременно, – отвечал Андрей. – Буду, постараюсь, если работа над статьей Троцкого не займет у меня времени больше, чем я рассчитываю. Знаете ли, Зоенька, я еще тот тугодум. Пока разберусь, что к чему, пока вникну… А у меня уже скопился ряд трудов Ленина. Тоже надо изучить. Засим разрешите откланяться.

Андрей шутовски поклонился активистке и отправился прочь с пляжа.

– Фигляр! – раздраженно прошептала она вслед, уходящему красивой походкой Кольцову.

* * *

– Светка! – крикнул он с порога. – Как вкусно у нас пахнет! Я голодный как волк.

– Андрюша, – раскрасневшаяся и немного запурханная Светлана появилась в коридоре. – Я испекла тебе пирог с абрикосами и миндалем и сделала окрошку. Ты будешь окрошку? Она без мяса.

– Конечно, буду! Сначала я съем все, что ты наготовила, а потом я проглочу тебя. Маленькими кусочками.

– Наши соседи скоро напишут на нас жалобу, – смущенно произнесла она.

– Нет, Светик. В этом доме очень толстые стены. Я проверял. Твой муж – очень талантливый хирург. Ты знала об том?

– Да, – она улыбалась.

– Да… – передразнил он ее. – А потому, раз я у тебя такой чертов умница, то мне что дали?

– Что?

– О, господи! Ну, конечно же, самую роскошную квартиру. Здесь стены полметра толщиной. Наверное, когда строили этот старый особняк, то какой-нибудь извращенный купеческий гений хотел сделать в этих стенах несколько пыточных кабинетов.

– Андрюша, ну что ты такое говоришь?

– А ты думала, что твои дворяне все сплошь были ангелами? Были и среди них те еще развратники, – Андрей посмотрел на высокие потолки коридора. – Слушай, а давай как-нибудь поиграем с тобой в насильника и пленницу? А? Я привяжу тебя на весь день с раздвинутыми ногами и буду подходить к тебе столько раз, сколько захочу.

– Андрюша, я итак отдаюсь тебе столько, сколько ты захочешь, – она обняла его мягкими руками и прижалась к его груди.

– Я знаю, но может, иногда мне интересно полюбоваться на твою полную беспомощность. Ты даже не сможешь убрать мои руки во время оргазма. Не сможешь сомкнуть ног.

– Я тогда просто умру от боли.

– Приятной боли.

– Да, но она порой невыносима…

– Черт побери, он у меня снова стоит.