Брак по принуждению

Если бы не дворецкий, который шел позади меня, я бы прислушалась к их голосам. Но, увы, дверь передо мной широко распахнули.

– Леди Сандерс, к вам гостья.

Есть верный признак того, что говорят о вас. В такие моменты, вы входите и все замолкают.

Мои подруги замерли, восседая в креслах. Я заметила, что они выглядели очень довольными.

Дороти даже сменила платье. Если на моей свадьбе она была в темно-зеленом, то теперь одела золотое с перышками по бокам юбки. Ох уж эти перья! Она их просто обожала.

Остальные были в тех же платьях. Бэрта – в красном с глубоким декольте. К сожалению, этой пышке, которая пусть и была мила лицом, но груба и с большими запросами, уже давно не поступало предложений от лордов, даже на танец.

А все дело в ее запросах, непомерном аппетите на имущество, которыми она отпугнула всех претендентов. Тем не менее, она считала, что дело именно во внешности и продолжала ушивать платья, больше обнажая грудь.

Энн же была в синем платье, рядом с ней лежала ее шляпка. Верный признак того, что она торопилась войти и поскорее обсудить сплетни. Меня эта привычка, тащить грязь, особенно в комнату, раздражала, но я терпела, ведь она была моей подругой. К тому же беременной… А беременным подобное прощалось.

Конечно, я ожидала, что подруги будут обсуждать мою свадьбу, но не со смехом же? Да и наряд Дороти говорил о том, что она словно праздновала какое-то торжество, когда у меня так плохо прошла свадьба.

– А вот и наша бедняжка, – протянула Саманта. – Ради тебя, милая, мы сегодня пьем из родового сервиза.

Энн и Берта рассмеялись, а я быстро поняла, что то, что было принято мной за отдых, обещает быть настоящей битвой.

– Что-то отмечаем? – спокойно спросила я.

– Твою провальную свадьбу, конечно же, – усмехнулась Энн. Я напряглась.

Негативная атмосфера, царившая здесь, чувствовалась за версту. Да что с ними такое? Ведут себя не как подруги, а как враги.

Я подошла к серебряному подносу, взяла бокал из хрусталя, верхушка и ножка которого были выполнены из золота.

– Мы готовы тебя жалеть, – вставила свои пять копеек Берта, прервав молчание. – Но ты ведь не будешь плакать. Так ведь леди не поступают?

Вот, значит, как? Они первые начали этот бой. Придется отбиваться!

– Я так боялась осуждения, мои дорогие, но так приятно, что вы поняли мое счастье и приняли его.