Ночные Сорсиеры

Уголки губ Аима дрогнули в улыбке. К своему цвету глаз он давно привык, а в магическом мире с рождения знали всех наследников световых даров. И золотистый цвет глаз не вызывает удивления, только восхищение. Поэтому такое сравнение в свою сторону Аим слышал впервые. Настоящий свой цвет глаз он никогда не видел, так как световой дар передался ему, когда он был в животе у матери.

Осколок всмотрелся в глаза Жулли. Они были темными, как ночь.

– Это дело рук Розали? – спросил Аим, указывая на стакан.

– Да.

Правда, она думает, что унесла эту тайну с собой в хранилище. Я подменила дым. У нее в сосуде лунный свет.

– И она не почувствовала подмены?

– Ее мысли слишком заняты предстоящим выступлением, – усмехнулась Жулли.

– И… Ты хочешь открыть эту тайну? – недоумевая спросил он.

– Не хочу, но думаю, что должна. Я ждала тебя для этого.

– Я могу прочитать освобождающее заклинание, если ты действительно этого хочешь. Только Розали не говори об этом, – шутливо подмигнул он.

Жулли посмотрела на Аима.

– А что ты бы сделал?

– Тайны никогда не упрощали ничью жизнь, – пожал он плечами. – Но, если даже что-то пойдет не так, Розали исправит наш промах.

Жулли улыбнулась в ответ и передала стакан ему в руки. Аим осторожно принял его. Он еще никогда не делал никаких услуг для ночных. Аим почувствовал себя странно. Помогая Жулли, он не чувствовал себя радостнее или печальнее. Он был полностью равнодушен, но, содействуя ей, он словно прикасался к их миру: такому странному, мертвому и холодному.

Аим закрыл глаза и принялся наизусть читать заклинание. Он не мог не запомнить его, так как перечитывал его раз сто, перед тем как взломал тайну Розали. Стакан засветился внутри от рук Аима. Затем дым испарился.

– Готово.

– Теперь Виктор никогда ко мне не подойдет, – грустно вздохнула она. – Время отпустить его с заходом солнца.

– А что ты сделала? – насторожился Аим.

– Ужалила. – Жулли коснулась его руки и продемонстрировала.

Разряд лунной энергии прошелся по кончикам пальцев.

– Болезненно, но не трагично, – отреагировал он, потирая покрасневшую кожу.

– Виктор – человек. И после этого он будет считать меня ненормальной.

– Ты не ненормальная, а особенная. Многие ночные визарды хотели бы заполучить твой дар.

«Чего не скажешь, только чтобы втереться в доверие».

– Я бы с радостью отдала его. Но, к сожалению, он передается только при смерти.

«Не только, – подметил Аим.