Эхо

Экран загорелся, транслируя изображение с нашлемных камер, и пока глаза ловили фокус, руки привычным движением приводили скаут в боевое положение.

Беззаботный день в дали от замка закончился, стоило только выйти на связь. Игнорировать вызов плохо, и разведчик не хотел этим злоупотреблять. Хватит того, что последние дни он только и делал, что прохлаждался, лежа посреди этого зеленого поля. Смотреть на все вокруг через шлем было больно для глаз, но ничего не поделаешь, такова жизнь. И Эхо столько раз мог лишиться ее, не будь этого потрепанного временем шлема, что и думать не хотел о том, чтобы снимать его на задании.

Ноги улеглись на педали. Педали податливо нажимались, передавая крены на корпус. Эхо прижался к технике и правой рукой выкрутил акселератор. Если бы не страховочный ремень, то такой бешенный разгон сорвал бы пилота в этот же миг, но Эхо доверился своему поясу и болтался над аккумуляторным блоком, всего в паре сантиметров. Сотня километров в час, потом вторая. После третьей сотни ускорение немного ослабло, и страховочный ремень перестал притягивать пилота к технике.

Трава щекотала брюхо магнитному скауту, невероятно быстро проносясь мимо. Эхо успевал поглядывать по сторонам, находясь в привычной для себя атмосфере. Многие годы после смерти родителей он служил в императорской разведке. Гвардейцем ему не стать – слабоват, а вот для разведчика мелкий пацан – в самый раз. Жаль, что разведчики были и есть самым позорным видом деятельности в империи. Кто угодно получал больше славы и признания, чем те, кто днями напролет выслеживает неугодных Императору.

Эхо был не таким. Он всецело отдавал себе отчет, что, сколько бы он ни старался – толку не будет. Поэтому, в любое свободное время он наслаждался жизнью, тихо отсиживаясь в стороне. Много лет прошло в таком темпе. Редкие вылазки, редкие контакты. Важным было лишь это красивое место, и когда очередные дежурства заканчивались – приходила пора возвращаться в замок. И возвращения эти были пытке подобны.

Не более получаса потребовалось, чтобы на горизонте замаячили густо насаженные деревья, зацепившиеся за холмы и скалы.

– Вызывает Эхо. Как слышно? Я в зоне проведения поисковой операции.

Вот только шлем молчал.

– Меня слышно? – вновь попробовал парень, но попытка не увенчалась успехом. – Для журнала событий. Я захожу.