Не бойся меня

Марфа выбежала по ступенькам к дороге, на которой остановилась карета графа.

– Никитушка, – женщина обняла его, – как же я соскучилась.

Тот не стал кривить душей и тоже крепко обнял Марфу.

– Я тоже скучал.

– В поместье все нормально?

– Даже не спрашивай.

– Что случилось? – Женщина схватилась за сердце.

Драматические сцены ей удавались потрясающе, и Никита это знал, потому не реагировал. Но, сейчас Марфа переживала, по сути, за свой дом.

– Эти поганцы, устроили там невесть что.

– Небось, крыша потекла.

– Угадала. Говорил же Ивану, чтоб он занялся, пока меня нет. Да, у них то одно, то другое, вот и дождались, пока дожди пошли. А там и потолок размыло.

– А тебе побоялись сообщить. Хоть мне бы написали. – Марфа была сильно расстроена. Но, потом она снова схватилась за сердце. – А свадьба-то как?

– Не знаю, не думал.

– Как это? Девочка здесь живет, а ты теперь назад пятишься?

– Ты меня за кого держишь? – Никита сделал очень обиженный вид.

– И что ж делать? Здесь придется венчаться. Девица здесь живет. Лизку то взяли, соседи вмиг прознают. Представь, как слухи поползут. Я, конечно, ей рассказала, будто все оговорено, и пока граф в поместье, невеста гостит в своем будущем доме.

Пока шел разговор, мужчина вошел в дом. Кухарка семенила за ним.

– Ты права. Нужно договориться, и как можно скорее со всем закончить.

Оба вошли в кабинет и присели.

– Никитушка. – Марфа ерзала на стуле. Она хотела что-то сказать, но ей мешали правила приличия, совесть, или же женщина просто делала вид.

Все было ясно, неловкость в поведении кухарки была наиграна. Скажи она просто, Никита бы начал злиться, а так, вроде бы даже и пронесло.

– У нее нет подходящего платья?

– Да, есть у нее некоторые платья. Мать свои отдала. Никитушка, негоже графской невесте в таких тряпках показываться.

– Дорогая моя Марфа, – Никита подошел к женщине и взял ее лицо в свои ладони, – давай ты займешься этим сама.

Граф чмокнул женщину в нос.

– Шалун. – Кухарка засмущалась. – Ладно, поищу хорошую белошвейку для Дарьюшки.

Никита закатил глаза. Со стороны даже можно было сказать, что он ревнует Марфу к своей же невесте.

– Ты б хоть зашел к ней.

– Зачем.

– Грубый ты стал.

Женщина лениво встала и пошла к выходу. Она пошла дальше разбираться с ужином. Барина никто не считал же.