Магический Совет. Пробуждение новой силы

Его возраст определить было бы сложно из-за усов и бороды, но Ирен уже знала всю биографию этого человека.

Девушка оставалась неподвижной, и теперь в ее глазах не было никакого сожаления или грусти, была только злость. Мужчина обвел взглядом комнату, как только мог это сделать из своего положения. Он лежал и не решался подняться. Девушка ждала. Но любому терпению, даже такому как у Ирен приходит конец, и девушка заговорила. Голос ее был властным, грозным, но не грубым.

– Доброе утро спящая красавица.

Парень, хоть только недавно и был мертв, но не растерялся.

– Тогда уж красавец.

– Я бы так не сказала. – Девушка встала и подошла к нему. – Долго будешь тут прохлаждаться?

Парень, увидев ее, округлил глаза.

– Мать честная. Никак к самому дьяволу попал? Вся черная, как нечистая.

– Хватит паясничать будто про нечисть не знаешь.

– И говоришь не по-нашенски. Басурманка никак иначе.

Ксения уже вытащила бы мужчину из гроба за грудки и, сверкая своими светящимися глазами, напустила бы страха, но Ирен была совсем другой.

Девушка осмотрела себя в нем. Ее образ начинался с длинных, прямых черных волос. Затем черное платье в пол. В том же цвете туфли. Классика черного цвета всегда была актуальна, но на ней это выглядело особенно зловеще. Ольга не смогла перебороть в Ирен эту любовь к черному цвету.

– Вставай. Не то, к чертям обратно и отправлю. – Девушка показала вниз, намекая на ад.

Но, мужчину было не провести. Он тоже не просто знал про ведьм, он сам был ведьмаком. Причем, не простым. Но, об этом попозже.

– Если я здесь, то туда я точно не тороплюсь. Меня зовут…

Собеседница его тут же перебила.

– Теперь тебя зовут Николас. Ты англичанин, но живешь в Париже, а сейчас гостишь у своей сестры… – она показала на себя.

– Погоди. – Молодой человек поспешно вылез из своей "постели" и уставился на девушку. – Какой к черту 1993 год?

– Такой. Сейчас 2023 год.

Ирен была довольна любым моментом, когда заставала врасплох гостя. Мужчина задумался. Он выглядел крайне нелепо для двадцать первого века, не считая того, что находился в гробу. Его одежда была из шестнадцатого столетия.