Безмолвная рябь

Но, как говорится, вода камень точит. К тому же, как и у любого ученного, у него было слабое место. Если отца удавалось втянуть в обсуждение идеи которая ему не нравилась, то он честно начинал искать аргументы против, но сам вопрос рассматривал очень внимательно и всесторонне.

– Ну вот взять, например, саму идею отправки. Ты предлагаешь последовательно, через равные промежутки времени, отправить три волны. Так?

– Так, – кивнул Кирк. – Первая позволит наблюдателям зафиксировать факт отправки, вторая – покажет когда ждать третью, а в последнюю они смогут поместить свое сообщение.

Аш улыбнулся.

– Ты заранее приписываешь чужим цивилизациям человеческую логику. Откуда нам знать, как они мыслят? Вдруг, у них вообще нет понятия последовательности? Может быть, они считают каждое событие единичным, и никак не связанным с другими?

Сжав зубы, чтобы не ответить колкостью, Кирк постарался придать своему голосу максимально нейтральный оттенок.

– Язык математики универсален. Мы отправим сообщение, состоящее из простейших формул, которые будет легко расшифровать.

– И снова не согласен, – покачал головой Аш.– Да, наверное, это самый лучший вариант, но что если их система счисления построена на совершенно иных принципах? Что, если им понадобятся годы на дешифровку? С каким промежутком ты собираешься отправлять сигнал? Неделя? Месяц? Или двадцать лет?

Кирк молчал. В глазах Аша загорелся лукавый огонек.

– А что, если я скажу, что отправлять три волны глупо?

– Ты уже сказал, – проворчал Кирк.

– Нет, – усмехнулся Аш. – Я сказал, что идея сама по себе глупая. Но, если допустить, что волна ушла, остальные две не понадобятся.

– Что ты имеешь ввиду? – заинтересовался Кирк.

– Ты же сам говоришь, что волна пройдет через всю Вселенную. Так?

– Это следует из твоих формул, – осторожно ответил Кирк. Он не понимал куда клонит отец, и ожидал подвоха.

– Если взглянуть более внимательно, – с улыбкой продолжил Аш, – то из них следует, что это не совсем волна. Возбуждение возникнет дважды в каждой точке: инициированное и отклик.

Глядя на вытянувшееся лицо сына Аш Вармер расхохотался. Абигейл тоже улыбнулась, но тут же на ее лице появилась тревога: муж опять начал массировать лоб.

Кирк был ошеломлен. Хорошо еще, что на ошибку указал ему отец. Рано или поздно, кто-нибудь заметил бы этот просчет, и над Кирком Вармером смеялся бы весь мир.