Держи меня за руку

Девушка не была любителем выпить, но под захватывающую книгу захотелось оказаться немного подшофе.

Баронесса быстренько, словно маленький ребенок прокралась к столу. Она осмотрела темную комнату, будто даже если за ней и следят, могла это заметить. Вид ее был шкодливый. Ведь, оставшись наедине с собой, можно было забыться и не думать ни о чем. Девушка подвинула бокал и аккуратно налила в него красную жидкость. Отпив один глоток, баронесса одобрительно кивнула. Она хоть редко употребляла подобные напитки, все же имела представление о хорошем и плохом вине.

Это ей понравилось. Маша забрала с собой всю бутылку.

Время шло, страницы перелистывались, а бутылка пустела. Девушка расслабилась и чувствовала себя превосходно. От строгой и серьезной Мари не осталось и следа. Затем тихо заскрипела дверь. Кто-то желал нарушить уединение баронессы. Та замерла в напряжении и смотрела, кого же принесла нелегкая. На пороге появился силуэт. Это был мужчина. Свет из коридора подал тому на спину и разобрать, кто же вошел, было сложно.

Он молча двинулся вперед, закрывая за собой дверь. Маша сильнее сжалась. Подойдя ближе, ответ стал очевиден. Перед баронессой предстал ее жених. Тот аккуратно присел рядом.

– От кого прячетесь?

Маша не хотела говорить, что от него. Вино уже подействовало, посему баронесса не могла, да и не хотела быть обычной. Улыбка сама растягивала губы.

– А вы менуэт умеете танцевать?

– Что? – Усмехнулся поручик? – Его уже лет тридцать не танцуют. От чего вы так веселы?

Саша не хотел обидеть Машу, но девушка насупилась.

Неужели ей нельзя быть веселой? А затем мужчина заметил пустую бутыль. Он понял причину радости невесты, и ему тоже стало смешно.

– Простите, мой моветон. Вино графа действительно подталкивает к веселью.

Мужчина медленно потянулся к бутылке и поднял ее. Маша виновато опустила голову глядя на Александра исподлобья. Но, как бы она не старалась, у нее не получалось унять свое задорное расположение духа. У поручика было какое-то странное ощущение тепла.

Вот он сидит тут с немного пьяненькой девушкой и ему не хочется выходить туда, к людям. Маша тяжело вздохнула.

– Как бы теперь папеньке на глаза не попасться… – Размышляла баронесса.

– Будет ругать? – Удивился Александр.

– Нет. Что вы. Просто не хочу, чтобы он видел меня в таком состоянии.

– Увольте, Мари, там, в зале, почти все в этом состоянии.

– Нет. Вы не понимаете. Я никогда не делала ничего, что могло уронить тень на имя папеньки.