Чаромунти. Путь к бессмертию

Не вы ли, сын моего хорошего знакомого, одного из лучших антикваров Петербурга, Владлена Перекладникова? Я вижу некоторое сходство.

– Добрый день. Да, так и есть. Вы были знакомы с моим отцом? Простите, я вас вижу впервые, – Алексею совсем не был знаком этот господин.

– Не лично, к сожалению. Мы общались по переписке. В наше время это самый удобный способ, когда находишься в другом городе, не правда ли?

– Да, прогресс в области сообщений у нас идет вперед. И думаю, вы в курсе, что Владлена Никифоровича уже год, как нет, – Алексей давно не говорил об отце, но вспоминал о нем каждый день, когда приходил в антикварную лавку.

– Мне это известно. Это очень печально, я скорблю вместе с вами. Но, видите ли, мой друг, полтора года назад ваш отец заказывал мне одну вещицу, которую он хотел подарить своему брату. И я нашел эту вещь, и хотел бы передать тому, для кого она была заказана, – Влад старался быть максимально вежливым, но его терпение начинало быстро заканчиваться. Ему казалось, что еще немного такого притворного разговора, и он набьет лицо этому сыночку, чтобы тот рассказал все и сразу.

– Вы можете передать эту вещь мне, я отвезу своему дяде, – Алексей лишь из вежливости это предложил. На самом деле, у него не было никакого желания видеть Эммануила Никифоровича, им так и не удалось стать ближе, а после смерти Владлена, эта надобность отпала совсем.

– Позвольте, мне хотелось бы самому преподнести сей дар. Понимаете, мне очень важно видеть, что мои старания были не напрасны.

Я искал эту вещь больше года, и мог бы рассказать о ней много интересных фактов. Вы мне скажите адрес, и я сегодня же доставлю, – Влад улыбнулся и сжал кулак, который держал в кармане куртки.

Алексей внимательнее посмотрел на незнакомца, он не мог бы назвать причину, но мужчина ему определенно не нравился. Тот, узнав его имя, так и не представился сам, а это никак не вписывалось в тот образ, который незнакомец пытался создать, и Алексей почувствовал, что не доверяет этому человеку.

После того, как началась история с дневником, прошло больше года, но Алексей вспомнил о нем почему-то именно в этот момент, и он продолжил разговор так:

– Вы, простите, я не знаю, как вас зовут, вы меня извините, но я не могу незнакомому мне человеку давать такого рода информацию.

Лицо Алексея приняло выражение строгого директора, Влад даже удивился такой разительной перемене. Он понимал, что устраивать разборки, это привлечь к себе ненужное внимание.