Беги, некромант, беги. Дилогия

– Ну раз никого нет, мы, пожалуй, пойдем, – чересчур бодрым голосом заявила я и уже собралась развернуться, когда за одной из колонн что-то мелькнуло.

Клыкастик зарычал.

– Кто тут у насссс, – свистяще прошипели-произнесли откуда-то из мрака.

– Девчонка-некромант, господин, – почтительно склонилась ведьма, ее голос стал елейным. – С ней человек, призрак и страховидло это зубастое.

– Сама ты страховидло, – обиделась я за питомца. – Это мой «песик»! И нельзя как-то побыстрее решить возникшие вопросы, а то мы торопимся.

– Некромант? – заинтересовался некто, продолжая шипеть. – Как интерессссно. Небоссссь, за черепушшшкой явилассссь?

И говоривший наконец-то вышел на свет. А точнее, выполз. Высокий, почти под два метра мужчина. Пепельные волосы, скуластое бледное лицо, желтые глаза с вертикальными зрачками, нос по-змеиному приплюснут, тонкие губы, узкие плечи, худое тело с проступающими ребрами, плавно переходящее в длиннющий чешуйчатый хвост. В когтистой руке наг, а судя по описаниям в книгах, это был он, держал маленькую костяную черепушку.

Когда наг подполз к нам еще ближе, глазницы черепа вспыхнули зеленым. Вит, поняв, что чешуйчатый гад направляется ко мне, встал на его пути.

– А это шшшто? – наг втянул воздух, брезгливо разглядывая вора. – Чччеловек? Лая, иди сссюда, для тебя подарок.

В темноте снова что-то зашуршало, а потом рядом с нами появилась еще одна змеюка. Только на этот раз женского пола. Она была очень похожа на своего собрата, только длинные пепельные волосы подозрительно шевелились и, кажется, шипели, а небольшую грудь прикрывала полоска светлой ткани.

–Кто здесссь? – прошипела она, жадно принюхиваясь, а потом одним резким движением, словно бросающаяся на добычу гадюка, подлетела к Виту.

Друг от неожиданности дернулся назад, но тут же замер, когда лицо незнакомки оказалось прямо напротив него.

– Сссмотри внимательно, – прошипела она. – Пойдем, дорогой, пойдем ссссо мной.

Она же его гипнотизирует! Я вспомнила, что не сказала другу о запрете смотреть в глаза этим тварям. Клыкастик вжался мне в бок, жалобно поскуливая. Почему-то именно этот жест собачьего отчаяния вернул мне уверенность.

– А ну убрала свои лапы! – я положила руку Виту на плечо. И меня внезапно обожгло. Пальцы онемели.

Ах ты стерва шипящая! Глазницы черепа запылали ярче, наг зашипел, роняя артефакт на пол. Лая отпрянула назад.