В шаге от зверя

Призрачный брюнет с синими вихрами словно поглотил Арвида.

– Ты поняла меня, Маргаритка?

Маргарит-ка?.. Только сейчас я осознала, что он коверкает мое имя. Интонация, тон голоса, то, как он меня назвал, выдавали в нем нечто чужеродное. Он одержим демоном, словно герои в сказках мамы?

Во рту ощущался вкус крови. Похоже, я разбила губу.

– Ты поняла? – повторил он, нависая надо мной.

Его ноздри затрепетали, будто он жадно принюхивался. Как зверь… или вампир.

Мороз продрал по коже. Я влипла, если это вампир.

Какой же я была самоуверенной и глупой… даже мысли не допустила, что внушение может не сработать.

– Да, я поняла… Чего вы хотите?

Я попалась так быстро, так нелепо! И вместе с тем внезапно испытала странное облегчение: это конец. Конец моей жизни на износ.

В семнадцать лет тяжело учиться в школе, заниматься малышкой и добывать средства на жизнь, а потом еще и отвоевывать их у пьяного отца. Я так устала… безумно устала! Я давно нормально не спала… Может, теперь ситуация изменится к лучшему? Может, я хоть на том свете отосплюсь…

Ужасная мысль скользнула по краю сознания и исчезла.

Арвид поднял меня с пола и протянул тяжелый браслет – на серебристых пластинах хищно блестели какие-то завитки. Кажется, это руны?

– Это тебе, – коротко сообщил блондин.

Я надела на правую руку, выше локтя. Раздался щелчок. Место стыка браслета, золотисто засияв, исчезло.

Поежившись, несмело спросила:

– Что дальше?

– Ты будешь развивать свой дар и выполнять кое-какие поручения, больше ничего, – легко пообещал Арвид. – Собери вещи на первое время, все необходимое я куплю на месте.

– А моя сестра? Я не оставлю ее.

– Куда же мы без твоей сестры? – вкрадчиво произнес он. – Я же не буду разбивать семью.

С помощью Веры я быстро собрала большую дорожную сумку, ее покупала еще мама в хорошие времена, когда отец не пил.

– Теперь ты. – Арвид перевел равнодушный взгляд на Веру. – Где ты живешь? Мы заберем только документы, Ноа оденет тебя на свой вкус.

В животе у меня будто скрутился ледяной узел. Ноа?.. Зачем кому-то одевать Веру? Или это наглая ложь и ее хотят убрать как свидетеля?!

Глаза подруги округлись, она мелко задрожала всем телом.