Рабыня по имени Бенун

Вывод преждевременный, но по факту – именно так.

Мужчины, которые могли бы справиться с «охотниками» за рабами, увидели лишь последствия своего отсутствия. Все, что им оставалось, это оплакивать погибших и скорбеть о судьбе тех, кого пленили.

Бенун представила лицо своего жениха, Мангу, вспомнила безжизненное лицо бабушки и ее застывшие глаза, которые спокойно и строго смотрели в небеса и залилась горькими, жгучими слезами.

Она рыдала и все, что накопилось и спрессовалось в вязкий, липкий комок в ее душе, размякло и выплескивалось со слезами, которых, оказывается, было так много, что она могла затопить все вокруг.

Ей стало легче. Природа отозвалась на ее слезы, оставляя на будущее откровение – отныне так будет всегда – ее печали и радости будут отзываться эхом, которым можно управлять.

– «Вот и хорошо, вот и пусть превращусь в океан, пусть все погибнут! Смерть освободит несчастных, а злых и жестоких – накажет. Я больше не могу все это терпеть, во мне нет таких сил! Боги ошиблись, когда принимали решение, чтобы я родилась. Почему они такие злые, почему не могли просто убить меня одним взмахом кинжала, или не дали мне утонуть? Всякий раз спасали меня в последний момент, не давая расстаться с жизнью.

– Бенун…

– Да, бабушка, да! Бенун, которую ты знала, больше нет! Есть рабыня, у которой есть цена и хозяин с плетью. То, что ты видишь на моих руках, следы от цепей. Прощай. Не знаю, можешь ли ты общаться с другими живыми или только со мной. Если можешь, скажи тем, кто обо мне помнит и надеется увидеть, что я не вернусь.

– Бенун…

Голос пытался ее остановить, но Бенун не слушала, слова лились, как и слезы, чтобы навсегда разлучить ее с прошлым.

Она не видела, как на краю ее сознания, которое граничило с внешним миром, появился человек, посмотрел на нее с жалостью, уважением и робостью и сказал:

– Принесите мне воды и чистые простыни. Дам ей одно свое зелье. Может и выкарабкается. У каждого своя судьба и у рабов тоже. Ты правду сказала – она необычная.