Рабыня по имени Бенун

Демон сводил его с ума, распаляя в нем вожделение, закрепляя в сознании Трейси мысль – отдать Бенун на растерзание ее соплеменникам.

– Чувствую, что ты меня порадуешь, – произнес он с улыбкой, от которой Бенун сжалась, а сердце забилось, как у пойманной в силки птицы, обреченной, как и она, на смерть или рабство в клетке, тоже – человеческом изобретении.

Глава 10.

Прежде чем мы узнаем, как Дик Трейси укрощал свою новую рабыню, уместно заглянуть в его прошлое.

Основы натуры, как известно, закладываются именно тогда и Дик не был исключением, несмотря на то, что его матерью была весьма достойна особа, о которой на плантациях после ее смерти вспоминали добрым словом.

При этом все удивлялись, как такая чудесная женщина могла породить сущего демона? Оказывается, могла. Для этого надо было стать заложницей роковых решений, которые ложатся тенью на судьбы еще не родившихся детей.

Дик с самого рождения нес на себе отметину, которая надежно ограждала его от попыток посеять в его неокрепшей душе что-то доброе и светлое.

Обстоятельства сложились так, что мужчина, которого все считали его отцом, Генри Трейси, был одержим ненавистью к своей судьбе.

Ребенка своей жены, Элизабет, он также считал виновным в своих бедах, потому старался изо всех сил, чтобы вырастить из него исчадие ада. Элизабет, которая на тот момент сама пребывала в расстроенных чувствах, не могла оказать достойного сопротивления. сопротивления. Главой семьи, как водится в подобных патриархальных семьях, была не она, а ее супруг.

Все вопросыпо поводу отвратительного воспитания Дика следовало адресовать ему.

Генри Трейси-старший был плантатором и сострадание к рабам в его среде считалось слабостью и неумением вести дела. Хочешь-не хочешь, а научишься жить по законам общества, которое диктовало свои правила – как надо присматривать за рабами и воспитывать своих отпрысков. Тем более, что Трейси выбился в люди при весьма интересных обстоятельствах, которые во многом стали причиной разыгравшейся драмы спустя десятилетия.

Генри Трейси разбогател не сразу – помогла жестокость по отношению к рабам, которой он научился сам у других таких же плантаторов и преуспел, когда почувствовал, что входит во вкус и вид страданий жертвы доставлял ему удовольствие.

Элизабет Трейси, его жена, подобного отношения к рабам не одобряла и старалась первое время сдерживать мужа, а сына – ограждать от жестоких зрелищ, особенно, когда несчастных наказывали.