Ее темные рыцари

Минуточку, а я?! Ведь это моя жилплощадь, и, как ее хозяйка, я должна быть в курсе событий! И я хвостиком потащилась за блондином, недоумевая, неужели дотошный оборотень все-таки нашел сплюшку?

Булатов рассматривал диван, словно впервые видел. Вдобавок начал водить руками над спинкой и сиденьем, как в телепередаче про экстрасенсов. Вампир, вопреки моим ожиданиям, вместо того чтобы высмеять напарника, присоединился к сему странному занятию.

– Чувствуешь?

– Да, – кивнул тезка героя эпопеи Толстого.

Я тоже провела ладонью по ворсистой шенилловой обивке и ощутила лишь ее мягкость.

Уезжая, родители распродали все предметы интерьера, за исключением дивана из моей спальни. Я питаю к нему особые чувства, как к напоминанию о радостном детстве. С бабушкой и ее мужем-профессором жилось тоже неплохо, но какими бы они ни были замечательными, мне не хватало папы и мамы. Увы, родители не сдержали обещания и за мной не вернулись, когда обустроились в Канаде. Надо отметить, обустроились они своеобразно: через пару лет развелись, чтобы вступить в новые браки с гражданами Страны кленового листа.

Треск разрываемой ткани оказался настолько неожиданнным, что я подскочила. А затем бросилась спасать символ своего детства.

– Эй! Прекрати немедленно!

Руслан-вандал и ухом не повел, продолжая отдирать ткань от каркаса.

– Герда, прости. – Лазарус схватил меня поперек талии и прижал к себе, не давая брыкаться. – Так надо.

– Кому надо?! – возмутилась я и тотчас заткнулась.

Ладонь Болконского плавно переместилась выше, нагло накрыв мою грудь. Я бы посчитала его жест случайным, если бы он отпустил меня, когда попыталась вырваться. Или решила бы, что он проверяет биение сердца, если бы давно не избавилась от наивности.

– Я массаж не просила, – прошипела сквозь зубы и провела прием, когда-то показанный Ладовым.

Удары локтем под дых и пяткой в сухожилие, соединяющее ступню и лодыжку, вампира не впечатлили, словно я стукнула бетонную плиту.

– Слабовато. Надо тренироваться, маленькая, – вынес он вердикт шепотом, выпуская из объятий. Но перед этим наглец снова провел рукой по груди, вызвав во мне волну жара.