Советы для попаданки. Части 1 и 2

Внутри комната Арланды была не в пример чище моей и просторнее. Я бы даже сказала аскетичнее. Ничего лишнего – кровать, шкаф и письменный стол со стулом.

– А твоя госпожа ценит порядок, – заметила я.

– Моя госпожа – воин, – гордо произнес демон.

– То есть ее идеал – казарма? Это все объясняет.

Эдик злобно зыркнул, но промолчал.

– И какие здесь могут быть улики? Чисто, как в операционной.

Я уселась на кровать и оглядела комнату.

– Включи уже голову, – буркнул демон и открыл шкаф. – Или хотя бы помоги мне.

Бес, пыхтя как паровоз, начал что-то оттуда выволакивать.

Пришлось вставать и идти на помощь. Шкаф Арланды был не в пример меньше и симпатичнее моего, но тоже довольно вместительный. Внизу, под множеством нарядов, хозяйка то ли хранила, то ли прятала массивный золоченый сундук. Его-то Эдик и пытался вытащить. Помедитировав с минуту на страдания бесенка – будет знать, как выпендриваться, я снизошла до погрузочно-разгрузочных работ.

Сундук оказался очень увесистым.

– Я, кажется, в детективы нанималась, а не в грузчики, – пробурчала я, наваливаясь на сундук плечом.

Эдик не ответил. Бесенок от усердия превратился из красного в бордового. Он раздувал щеки, пучил глаза и смешно помахивал хвостиком. Но этот противный ящик не уступил нам и пяди. Я бросила бесполезное занятие первой.

– Нам его не сдвинуть, – заявила я. – Он случайно не прибит к шкафу?

– Он заговоренный, – пропыхтел демон.

– Тогда какой смысл надсажаться?

– Руна под ним. Если хоть черточку получится стереть, перестанет действовать.

Глава 12

Минуты через две Эдик все-таки отказался от своей затеи и устало привалился к боку сундука.

– Слушай, а эта руна, она чем-то начерчена или в дереве вырезана?

Демон презрительно фыркнул, мол, с какими дилетантами приходится работать.

– Да будет тебе известно, милочка, руны никогда не вырезают. Это небезопасно.

– Так чем она нарисована?

– Углем или мелом, – наставительно сказал демон.

– Отлично.

Я оглядела комнату и заметила на столе высокий позолоченный кубок, украшенный разноцветными камушками.

– Стой! – завопил Эдик, когда я подняла бокал. – Это жертвенная чаша, личная собственность госпожи. Поставь на место, сломаешь.

– Как его можно сломать? – кубок оказался тяжелым, неужели золотой, а не просто позолоченный? – Успокойся, все во имя спасения твоей госпожи.

Как я и ожидала, в комнате Арланды тоже была отдельная ванная. Чище и больше моей.