Во власти тумана

Но она продолжала смеяться. Тень подплыла ближе, почти вплотную, заглянув в лицо.

– Мирослав, не ори, она в шоке, и уже не слышит тебя.

– Почему? Что за бред?

– Люди имеет очень слабую психику. Видимо, ты напугал её.

– Она не человек!

– Но всё же выросла в мире людей, и это сильно наложило на неё отпечаток.

Девушка сползла по стенке на корточки, продолжая глупо смеяться, и уже через несколько минут смех сменился бурной истерикой. Она начала кричать, а через миг кинулась с маленькими кулачками на дракона.

– Ненавижу! Отпусти меня!

Но он лишь смерил высокомерным взглядом, перехватил руки и толкнул в лапы тени, которая тут же сгребла пленницу в охапку и потащила по коридору.

Мирослав чувствовал небывалый гнев, и ушёл в противоположную сторону, вышел на каменный балкон, за которым простиралась туманная синеватая пустыня, и только несколько острых башен напротив указывали на то, что его замок из разных зданий имеет округлую форму. Вздохнул, расправил тёмно – коричневые, перепончатые, кожистые крылья, совершенно непохожие на традиционные, и взлетел.

Драконы тумана сильно отличались от других драконов, впрочем, как и огня, воды, ветра, воздуха друг от друга. Мирослав мужественно красив, крепкое мускулистое тело, широкие плечи, сильные руки, татуировки, удлинённые волосы цвета угля с, будто крашенными тонкими тёмно – синими прядями, и такие же пронзительные серые глаза, пугающие туманной мутностью во время возбуждения или гнева.

Он имел три ипостаси, обращение в крупного полу – человека без крыльев, но чаще всего с тёмно – коричневыми крыльями с когтями, и полное основное перевоплощение в мощного дракона с тёмно – синей бронёй в виде шипов, вокруг пасти выступали ярко – белые шипы, такие имели только повелители и их наследники, зубы острые и устрашающие. Огонь драконы тумана не выпускали, а только разный по плотности туман, боевой – способный тушить огонь и выстраивать плотную, непроглядную, туманную стену.

«Рогиус, твоя дочь невыносимая ханжа. Ну, какого хрена, я должен спать с неумехой, да ещё и девственницей, может, сказать какому–то другому дракону, лишить её этой преграды и подучить на практике? Ненавижу тупых девственниц, мне нужна развратная шлюха. Что я буду делать с этой девчонкой?» – досадные мысли обуревали голову, и он носился, как угорелый вокруг замка, открывая пасть и обволакивая его рассеянным туманом.