Владыка воронов

 – Что вылупилась? На колени!

Мудрец тяжело вздохнул и ушёл в дом. Сакура замерла как изваяние.

– Я сказал на колени, – прорычал Роланд и, сделав один шаг к ней, схватив за волосы, дёрнул вниз, и девушка оказалась на коленях в траве у его члена. – Открой рот, если ослушаешься и не оближешь, засажу прямо здесь тебе, и опять останешься без платья. Хочешь лететь голой через всю деревню в замок?

Она ненавидела его лютой ненавистью, тело напряглось, сердце забилось в горле. «Скотина, чтобы тебе мои орлы выцарапали глаза», – но всё же открыла рот.

Сакура помнила, как он насиловал её и унижал, язык одеревенел и не хотел слушаться, кое-как она двинула им и замерла.

– Ещё… – он втолкнулся глубже. – Работай языком.

Ей пришлось покориться и начать облизывать ненавистный член, но долго не пришлось этого делать. Роланд сделал несколько толкающих движений и залил её рот спермой.

– До чего довела меня, пару лизаний, и я не смог сдерживаться. Хороша девка.

Девушка молчала, вытирая цветами рот, безжалостно их комкая.

– Я не слышу ответа. Расставишь? – его идеальной формы брови сошлись на переносице.

– Да.

Он поднял её за шкирку, как котёнка, заглядывая в бледное лицо, взял за руку и потащил в дом мудреца. Тот варил очередное зелье и, не оглядываясь на входящих, спокойно продолжил своё дело.

– Через три часа, чтобы ты был у дуба.

Мудрец кивнул, глядя в закопченный котелок.

– Она уже понесла от тебя.

– Сын? – даже не удивился беременности орлицы.

– Да, я видел его во сне. Может, хоть это убавит твою похоть?

– Нет! Мой сын должен быть сильным, и будет терпеть все, что я собираюсь делать с его матерью. Её вагина слаще всех кого я имел до этого и мне нужно сбить в ней всю ненависть, которую питаю к орлам.

– Как знаешь, лишь бы не произошёл выкидыш.

– Если выкинет, значит, такой хлипкий сын мне не нужен. И хватит, это моё дело, как трахать свою жену. Ещё раз попробуешь меня поучать, отрежу язык.

Мудрец ничего на то не сказал, и так и не оглянулся. Роланд взял девушку, перекинул через плечо, вышел и сразу взлетел.

– Я могу лететь сама, – прошептала.

– Не можешь, ты вообще ничего не можешь сама в моём замке. Ты не лучше моего меча или коня. Моя вещь, заруби себе это на носу, пока не поздно.