Паук Эванбайринг

Она расширила полыхающие сочной зеленью глаза и попятилась.

– Эти воины охраняют непосредственно гарем и многое уже видели. Теперь увидят и тебя обнажённую и униженную.

– Пошли вон! Не смейте ко мне подходить! Твари! Чёрные твари!

Тут внезапно в баню вошёл Эванбайринг.

Вар и воины сразу склонились в поклоне.

– Повелитель. Вы снова решили прийти к непокорной будущей наложнице?

– Услышал её вопли, проходя мимо. Шёл в свою баню. Смотрю, она так и бушует?

– Простите, я ещё не смог подготовить пленницу к ночи с вами.

– Я не хочу, чтобы к ней прикасались мои воины, даже гаремные. Я сам её подготовлю.

– Повелитель. Такого ещё никогда не было, чтобы вы сами подготавливали наложницу. Её же надо побрить.

– Она необычная наложница, как паучихи. Выйдите. – Его тон заставил вздрогнуть Вара, и он с жалостью посмотрел на девушку. Та уловила его взгляд и внутренне приготовилась к худшему.

Эванбайринг остался с ней наедине.

– Ты, похоже, не поняла, что непокорных женщин у нас казнят.

– Я здесь не по собственной воле и твоей шлюхой становиться не собираюсь.

– Ошибаешься, ты станешь ею и, поверь, очень скоро. – Быстро пересёк расстояние между ними, достал кнут, раскрутил, размахнулся и начал лупить. Первые шесть ударов она даже не вскрикнула, хотя хлыст вырывал куски одежды, оставляя багровые полосы на коже. Глаза паука раскраснелись. Удар, ещё удар.

– Покорись!

Она отрицательно покачала головой, сползая по стене на пол. После десятого удара девушка всё же закричала.

– Дура! Ты сейчас вырубишься, и я сам сбрею на твоём теле все волосы. – Твёрдая рука нанесла ещё удар. Лиса простонала.

– Я увижу твоё влагалище. Буду сбривать с твоего лобка и половых губ все волосы. А после изнасилую, такую, избитую и побеждённую. Ты это понимаешь? – следующий удар привёл пленницу к потере сознания. Паук скрутил кнут, повесил за пояс, подошел к полке с бритвами. Взял подходящую. После поставил у неё вёдра с водой и жидкое мыло.

– Маленькая глупая девственница. – Аккуратно начал сбривать волосы на лобке и на губках. Она внезапно пришла в себя и, как только осознала, что происходит, попыталась свести ноги.

– Не дёргайся, а то случайно порежу. Здесь будет очень больно.

– Ненавижу. – Прошептала.