Молния

А я пока разрешать им прикасаться к тебе не намерен.

– Пока? – затряслась уже Василина, начиная понимать, что это далеко не те голубые мечты, которые она рисовала себе по ночам.

Он приподнял её лицо за подбородок, заглядывая в густо–голубые глаза.

– Да, пока, девочка, я сам тебя ещё не попробовал.

– Не надо так… – хмыкнула и глаза сразу увлажнились.

– Что с тобой? Ты же смелая, а испугалась, всего лишь увидев моих друзей. Да, мы такие, не рыцари и не супер – герои. Мы берём от жизни всё что хотим.

Василина потеряла дар речи. А тут ещё из беседки вышла эта развратная четвёрка.

– Зорян, не хочешь расслабиться?

– Хочу, а то от моей новой игрушки пока никакого толка.

– Как? Такая крошка и не смогла удовлетворить тебя, – Влад обошёл её вокруг, буравя оценивающим взглядом, – может, тебе помочь? Я люблю необъезженных кобылок усмирять.

– Не трогать, она – моя! – рявкнул Зорян, хватая Киру за руку, разворачивая к себе спиной, и сразу двумя руками сминая её груди, демонстрируя Василине, как они относятся к женщинам. Девушка вытаращила глаза на него, когда он вытащил грудь вампирши из низкого декольте и начал большими пальцами тереть тёмные соски. Вампирша демонстративно облизнулась и громко застонала.

– Вазуйка, помоги, не хочу отвлекаться, спусти с меня брюки и подними ей платье.

Вторая вампирша быстро исполнила просьбу Зоряна, прозвучавшую как приказ и через минуту он уже насадил Киру на член, продолжая крепко держать за грудь.

Василина опешила, попятилась назад, оступилась и должна была упасть, но не смогла, её подхватил Влад.

– Красивая, Зорян классный, сексуальный и нереально богатый. Расставь перед ним ноги и получишь всё что захочешь.

Она отрицательно замотала головой, забыв, что умеет говорить.

Зорян уже тоже совершал более яростные толчки, а Кира громче стонала.

– Зря ты упираешься, у этих девчонок новенькие тачки, которые подарили мы. Они самые модные в академии, тоже благодаря нам. А ты ещё красивее, мы можем тебе купить небольшой замок или усадьбу всю в цветах, где будешь встречать всех нас с распахнутыми объятиями.

– Или с расставленными ногами, – осклабился Константин, также хищно заглядываясь на новенькую.