Холодное пламя

Надо разбудить его, здесь было совсем холодно, он может замёрзнуть и заболеть.

Я подошла к нему и наклонилась, чтобы дотронуться и разбудить, но замерла от его следующих слов.

– Нет, прошу, не убивай её, убей меня. – Его голос был наполнен отчаянием. Он говорил тихо, но я могла прочувствовать, как ему было плохо. Сейчас его голос не был холодным и отчуждённым, напротив, он был отчаянным.

О ком он говорил? Он точно говорил о девушке. Может, у него была невеста или жена? Только сейчас я поняла, что ничего о нём не знала, кроме того немногого, что рассказывала мне Джулия.

– Не трогай её, не трогай. – Его голос стал прерывистее, и он затрясся во сне.

Я испугалась, что ему стало плохо, и дотронулась до его руки. Я должна разбудить его. Я не могу слышать его муки.

– Пьетро, – я тихо позвала его, боясь, что могу слишком резко разбудить.

Но его продолжало трясти, будто ему холодно.

– Пьетро, – я позвала его чуть громче и легонько сжала его сильное и большое плечо. Оно было как камень, возможно, он даже не почувствовал моё прикосновение.

– Пьетро, – я позвала ещё раз и сильнее нажала на плечо.

Он резко распахнул глаза и, вскочив с дивана, схватился за пистолет. Я испугалась и вскрикнула.

– Пьетро, это я, Марсела. – Я отшатнулась назад.

– Марсела? – Он быстро убрал пистолет. – Что ты здесь делаешь?

– Прости, я проходила мимо, так как проголодалась, но заметив свет и шум, зашла проверить и обнаружила тебя.

– Шум?

Похоже, он не догадывался, что разговаривает во сне.

– Да, ты разговаривал во сне.

Он уставился на меня с удивлением.

– И что я говорил? – медленно произнёс он.

Похоже, он не хотел, чтобы я что-то узнала. Я решила не говорить ему, что слышала, как он мучается во сне.

– Я не разобрала твоих слов. Возможно, причина этому алкоголь, – глазами я указала на почти допитую бутылку.

Он проследил за моим взглядом.

– Я редко пью, – просто ответил он.

– Хорошо, я ничего такого не хотела сказать, извини, что разбудила тебя.

– Ты переживаешь за меня, Марсела?

Его вид был сонный и помятый, но это ничуть не портило его вида, скорей наоборот.

– Не то что переживаю, просто не хочу, чтобы рядом со мной находился больной человек, ведь мне нельзя болеть, – пошутила я, и он усмехнулся на мои слова.

Удивительно, но его лицо преобразилось сейчас. Он больше не казался таким суровым, когда улыбался, даже пусть и слегка улыбался.