Холодное пламя

Маттео кивнул, он смотрел мне в глаза, как пёс на своего хозяина. Попался.

– Мы все здесь хотим только одного. – Я перешагнул через труп, кинув сигарету в него. – Мы хотим соблюдения правил. А сейчас вы оба заберёте этот бесполезный кусок мяса и отнесёте своему хозяину, и передадите ему мои слова. Если Мартино хочет мне что-то сказать, я буду лично ждать его. Мы всегда рады гостям.

– То есть вы нас сейчас отпустите? – второй парень, имени которого я не знал, казалось, был готов расплакаться от счастья.

– Нико, проводи наших гостей. Сандро, помоги парням загрузить труп.

Они взяли и потащили тело в машину, а я сел за бар, разминая шею, она снова жутко болела.

– Марта, налей мне виски.

Марта – наша уборщица, ей было около 70 лет, но, похоже, чувствовала она себя достаточно бодро, потому что красная помада и стрелки на её морщинистых глазах появлялись каждый день.

Эта пожилая женщина была со стойким характером и продолжала работать на нас даже спустя много лет.

– Конечно, сейчас налью тебе виски, а потом пойду разгребать то красное дерьмо на полу, – проворчала она. – Почему бы тебе не оторвать свой хорошенький зад и самому не налить себе виски? Я тебе не личная прислуга.

Я усмехнулся.

– Марта, давай только не сегодня, налей мне это чёртово виски наконец.

Она подошла к бару, ругаясь себе под нос.

– Что, паршивый день? – спросила она, ставя стакан и наполняя его виски.

– А труп на полу пять минут назад и лужа крови тебе ни о чём не говорят?

Она пожала плечами, подталкивая ко мне виски.

– Обычное дело для меня, ты же знаешь, каждый день какой-то засранец умирает, а этот получил по заслугам.

Я сделал глоток виски, и приятное тепло разлилось по груди.

Мне нравилась эта старушка, и я иногда любил потрепаться с ней.

– У тебя дома всё хорошо? Всего хватает?

Марта не любила рассказывать о своём прошлом, но я совершенно точно знал, что она жила одна, и был абсолютно уверен, что в прошлом она пережила много боли и разочарования, но я был настоящим засранцем, чтобы спросить её об этом, хотя и знал её слишком давно.

– Всё хорошо, и мне всего хватает, не надо переживать обо мне, Пьетро.

Эта старушка не любила, когда ей навязывали свою заботу или помощь.