Заложница Ада

Обезличено, с животной похотью и жестокостью. Демон, крошащий меня в прах.

– Будешь… Сопротивляться… – пьяно хрипит мне в лицо между толчками, – Будет… Только… Больнее…

Мужчина рычит, ускоряя темп, долбя меня еще грубее, соединяя наши влажные тела еще крепче. Прикусывает нежную кожу на плече, и я чувствую, как он вибрирует во мне. Резко подтягивает мои колени к животу и упирается в самую глубь, застывая. Он издает гортанный стон, а потом внутри меня разливается что-то горячее, принося еще больше мучений, садня с новой силой.

Я начинаю плакать от новой боли, а потом чувствую, как он резко отстраняется, наконец насытившись мной, отбрасывая в сторону, как ненужную вещь. Я слышу, как тяжело он дышит, шурша своими вещами.

– В тебя кончил, – голос звучит недовольно, – скажи в своем агентстве. Они разберутся.

От ужаса я начинаю еще сильнее плакать, подтягивая к себе колени. Это запрещено! Он должен был надеть презерватив! А теперь я не просто оскверненная им, он еще и заклеймил меня собой изнутри.

Когда этот кошмар кончится?!

– Не скули, – вновь жесткий тон. – Не самый лучший первый раз, детка, но ты знала на что идешь, продавая себя, как вещь на рынке.

У меня не было выхода! Не было!

Но разве ему это объяснишь? Разве на него вообще стоит тратить слова?

Нет.

По его жестокости было понятно, что плевать он хотел на меня и мои слезливые истории.

Пытаюсь встать с проклятой столешницы, чувствуя себя грязной, оскверненной после него. Дрожащими руками натягиваю влажное платье, тряпкой собравшееся на животе.

Не могу свести ноги, руки трясутся, а низ живота разрывает от боли.

Нет. В этом нет ничего прекрасного.

Самолет начинает снижаться, и мужчина перетягивает меня в кресло, усаживая одним грубым толчком.

Я вся сжимаюсь, ожидая новой боли, но ее не следует.

Почему-то мне кажется, что этот демон сейчас смотрит, изучает меня своим взглядом. И от этого хочется пропасть, исчезнуть навсегда.

Теперь уже идея снять маску не кажется мне гениальной.

Теперь я даже не хочу видеть лицо того, перед кем я предстала самой обычной шлюхой. Того, кто сделал меня своей шлюхой.

Хочется отмыться и навсегда забыть об этом эпизоде в жизни.

– Было классно, – смеется он, мимоходом проводя рукой по моей груди. Я отталкиваю его трясущимися руками. – Позвони мне как-нибудь.

– Пошел ты!

И снова этот смех с нотками безумия.

Он уходит, когда самолет еще не до конца остановился.