Лес Посмертных Масок

 – Нет, конечно нет. Я совершенно не понимаю в том, как ведет дела Филиппо. Это Рауль подобным занимается, поэтому он сейчас и занял его должность. Насколько я помню, Рауль даже упомянут в завещании. Скорее всего, отели мне не достанутся.

– Завещании?

Кристиан не помнила, чтобы в материалах по делу всплывало какое-то завещание. Почему столь важный материал не был изучен полицией?

– Да, Филиппо составил завещание около двух лет назад, когда сильно заболел. К счастью, все обошлось, но завещание он оставил на хранение у нашего нотариуса.

– Почему вы не сообщили об этом документе ранее?

– Ох, я должна была? Даже не знаю. Филиппо вернется, так зачем злить его, раскрывая детали завещания? Он не хотел, чтобы кто-либо, включая меня, знал, как он распределил наследство.

Смотрела бы Джина на нее все таким же невинным взглядом, если бы прошло больше десятка лет? Глядя на хозяйку дома, Кристиан никак не могла выкинуть эту мысль из головы. И не только эту.

– Если Филиппо не хотел, чтобы кто-либо знал о деталях завещания, откуда вы знаете, что в нем упомянут Рауль?

Джина на мгновение изменилась в лице, и улыбка ее дрогнула.

– Я… даже и не помню. Наверное, Филиппо случайно упомянул это в разговоре. Так странно. Мне всегда это казалось таким естественным, что я не задумывалась об этом, пока вы не задали вопрос.

Ложь? Как бы то ни было, Кристиан решила не развивать эту тему дальше. Все равно она едва ли чего-то добьется сейчас.

– Филиппо… Каким он был?

– О, он был таким, словно самой судьбой ему было предначертано жить здесь.

– У него были враги? Я имею в виду, с таким характером…

– А у кого не было? Но он мирился так же бурно, как и ссорился. Не думаю, что припомню кого-нибудь, кто мог бы желать ему зла.

– Совсем никого? А конкуренты?

Джина поджала губы.

– Спросите лучше Рауля. Я правда не разбираюсь в его бизнесе. Разве это не чудо – иметь жену, не пытающуюся прибрать к рукам все, что у тебя есть?

– Ясно.

– Да, конечно! Он был той ещё душой компании. Как какой праздник, так у нас здесь воцарялся проходной двор.

– А вы помните кого-то, с кем он был особенно близок?

Улыбка Джины дернулась, на секунду став пластиковой.

– Особенно… Наверное, только с Раулем. Ну, вы же знаете, из сотни друзей лишь один окажется настоящим, все в этом роде.

Она вновь заулыбалась, прикрыв рот ладонью.