Туда, где кончается Лес

Днем этот купол скапливал лучи жаркой звезды,

А стоило той скатиться по небу вниз, к другой стороне земли,

Он загорался и заливал розовый сад светом, согревал колдуна.

И на постаменте, вытекая из-под купола, особенно насыщенные,

Красные, как кровь, капли писали много раз единственное слово:

«Прекрасна-я, прекрасна-я, прекрасна-я!»

Золотая дымка, бывшая не то бестелесным духом,

Не то игрой ночной тени и магического свечения,

После того, как стрелка часов падала за полночь,

Возникала под горящим куполом,

И магу мерещились очертания девичьей ладони

Туманные и эфемерные.

Снова и снова касались хрупкие пальцы озаренного шипа розы под куполом,

Чтобы сей же миг раствориться и затопить цветок завесою звездной пыли.

Розовые кусты заполняли собою сад,

Обволакивали купол, чтобы защитить спрятанную в нем драгоценность,

Чтобы иглами своими пронзить кожу того, кто осмелится прикоснуться

К стеклу, под которым не текло более время,

К стеклу, служившему границей между Вечностью и настоящим.

Шли месяца, годы и века, розы все разрастались,

Вынесли на своих ветвях дряхлые ворота и изгороди сада, разбитые в щепки.

И, наконец, обнес дом и башню суливший лишь беды гостям живой лабиринт.

Для того, чтобы охранять покой мертвой феи…

Свиток первый, рассказывающий о событиях, случившихся задолго до встречи Нана и Симары

Землю укрыли заботливо волны темно-синего велюра,

Перетекавшие густой тьмой от одной линии горизонта до противоположной ей.

Ветер придавал слившимся с небосводом облакам новые изгибы и формы,

Когда они смещались или расступались, можно было узреть звезды,

Укрывшиеся небесным пухом и мирно под ним дремавшие.

Некоторые из них пробуждались, испуганные,

И с эклиптики падали к местности, над которой светились.

Оставляя на велюровом небе вышитый серебром хвост,

Скатывались по тучам к бесконечному густому лесу и, шурша листвой,

Исчезали в нем.

Светлячки и мотыльки,

Забивавшиеся в сшитые из листьев и паутины коконы,

Освещавшие и нагревавшие собой или наполнявшие своим пухом убежища,

Могли видеть свет.