Выстрел в Опере

Маша выпучила глаза, силясь представить, что бы сказала ей родная мама, кабы она приволокла в дом постороннюю женщину, которая «просто кончала с собой».

– А я – Маша, – вежливо представилась она.

– И еще, ма, у меня к тебе дело, – снова скривилась Чуб.

– Тогда идемте на кухню. Очень приятно познакомиться, Маша. Я – Вероника. – За именем не последовало отчества. – А ты, Маша, чем занимаешься?

– Какая разница, чем она занимается! – отчего-то разозлилась Землепотрясная. – Она просто моя подруга.

Женщина безмятежно пропустила Дашин выпад.

Они зашли в кухню, обширную, неухоженную, показавшуюся Маше ужасно уютной. На стене висели древние ходики с шишечками и надписью «49 лет великого октября».

– Вы не слишком голодные? – поинтересовалась Вероника, задумчиво взирая на свой холодильник.

– Это означает, – язвительно поведала дочь, – что еды у нас, как обычно, нет!

– Ну, бутерброд можно сделать, – спокойно заметила Вероника.

– Ладно! О’кей. Давай бутерброд. Жрать хочется жуть! Я во-още ужасно голодная, ма! – с вызовом выговорила Даша.

– Значит, три бутерброда, – резюмировала мама.

Чуб страдальчески закатила глаза.

– Так вот, ма, о деле, – начала она, ощетинившись, как еж. В каждом ее слове топорщилась цыганская иголка.

– Да, доченька.

– У нас в роду были ведьмы?

Дашина мать замерла с батоном и палкой колбасы в руках. Но то, что в первый, ошибочный миг Маша приняла за удивление, оказалось лишь персональной манерой Вероники глубоко и серьезно задумываться.

– Насколько я знаю, нет, – так же спокойно сказала она после секундного размышления.

 – А что, очень надо?

– Вот так! – Даша резко придушила пальцами шею.

– Твой дед по отцу написал книгу о ведьмах.

– Я знаю, – невежливо оборвала мать внучка Чуб. – А чего он ее написал? Может, я ведьма по папе?

– То-то и оно, что нет. – Женщина резала хлеб. – Ты ж знаешь, мы с твоим дедом были большими друзьями. И я помню, как он жалел, что в его роду нет ни одной ведьмы, и узнавал: не было ли их в нашем.

Он всю жизнь собирал информацию о киевских ведьмах, и, естественно, ему было б интересно… Но твой дед страшно гордился, что ваша фамилия – Чуб – самая что ни на есть гоголевская! В «Вечерах на хуторе близ Диканьки» козак Чуб – отец той самой Оксаны, которая послала Вакулу за чаревичками «как у царицы». А сам Вакула, по Гоголю, сын ведьмы Солохи. И если Вакула с Оксаной поженились, их дети были ведьмацкого рода…

– Чуб – девичья фамилия! – резанула внучка Чуб.