О Богах. О Людях. И немного – о Монстрах

Потому ищешь любви путями, число которых неисчислимо. Ищешь, ходишь широкими и узкими тропками, блуждаешь в темноте, но не находишь. Не находишь. Не хватает смелости и открытости. Чувствуешь себя уязвимой, боишься быть отвергнутой, себя не принимаешь. Но лишь с принятием себя возникает доверие – нет разобщенности внутри, нет разобщенности снаружи, и всё возможно. И там, где обитал страх, расцветает любовь. Но никто не может преодолеть за тебя твой страх, подруга, ты должна преодолеть его сама. А если не решишься, то останется только воображение, и что придумаешь, с тем и жить, продолжая искать нелепые смыслы, продолжая искать оправдание жизни.

И вот тогда жизнь будет питать уже не любовь, а иллюзии. И закутавшись в свои вымыслы, как в шубу из рыбьего меха, будешь сидеть в ожидании чуда, не принимая реальности в границах своего воображения, выскочить за которые не хватает смелости. И тогда уже не живёшь, а исполняешь нелепый сценарий. На ошибках не учишься, повторяешь их снова и снова, каждый раз с более высоким качеством, ходишь по кругу, который не превозмочь.

Ходишь по кругу и теряешь человеческое. На каком круге я потерялась?

Я рыдала сидя на лавочке перед подъездом. А если я что-то делала, то делала это неистово, целиком отдаваясь делу, и будучи экстремалкой (или экстремисткой), мир я познавала через экстремумы. Потому рыдала я неистово не меньше трёх раз: сидя на лавочке, сидя перед ней и стоя на ней, задирая сопливый нос к звёздному небу, заодно обвинив его, сильное и всемогущее (тем самым сняв с себя ответственность) в безучастии к моим мучениям, и, потребовав хоть какой-нибудь компенсации (а какой, не успела придумать), я утомилась.

Да так, что еле дотащилась до двери квартиры.

Больше меня не посещали вопросы о смысле жизни. Я категорически рекомендую эту технологию: после неистовых рыданий и передачи ответственности звёздному небу жизнь сразу становится уютной и тёплой. Попробуйте – вам понравится!

Умывшись кое-как и затолкав под бок мурчащего кота, я завернулась в одеяло и уснула сладким сном без сновидений.

Напоследок я позволила вспыхнуть мысли об искомом смысле: то самое звёздное небо, к которому я только что взывала, берёзовые веточки, лужи на асфальте – сама природа не знает, что она есть. Она ума-то не имеет и не думает про смысл. Существует себе и не страдает всякой ерундой.

Выходит, если я знаю, что я есть, потому и страдания мои есть? Как прекратить их – вот в чём задача.