Темногорье. Яблоневая долина

Или нет? И если нет, то почему? Разве быть матерью правительницы плохо? Любая из матерей города мечтает об этом.

Это всегда привилегии для семьи. Сама Мёнгере подписала несколько указов, по которым некоторые плодородные угодья вдоль реки перешли Храму. Интересно, кто же из города мать Канлехе? И почему никто не слышал о солнечном драконе? Или от Мёнгере скрывали?! Одни вопросы без ответов. А впереди ночь. И потом ночь – вечная. И хочется спать. Потому что нет никаких сил, слишком много всего произошло. Пусть побыстрее всё кончится.

У воды, которую дала жрица, был сладковатый привкус – видимо, туда что-то добавили. И вскоре Мёнгере провалилась в сон – подействовало снадобье. Ей повезло – ничего не приснилось. Ни кошмаров, ни удивительных историй. Крепкий сон спокойного человека. А затем за ней пришли. Положили на кровать дорожную одежду и велели собираться. Время остановилось, а потом стремительно принялось отсчитывать часы в обратную сторону. Сколько их всего осталось?

Глава 9. Мёртвая пустошь

Сто пятьдесят четыре часа до.

Лицо непривычно спрятано за повязкой, лишь глаза оставлены открытыми. Словно она вернулась во времена детства, когда её существование скрывали ото всех. Щёки ноют, никак не успокоятся. Но Мёнгере старается не обращать на это внимания и запомнить город в последних лучах солнца, точно впервые видит это пыльное золото, покрытое налётом вечности.

Из храма свернули налево – к дороге, ведущей на юг. Если ехать по ней, попадёшь в соседний город. Всего трое суток неспешного пути.

Она никогда не бывала там, но любила слушать истории путешественников. Вдоль Омирук располагалось несколько городов-государств. Вся жизнь сосредотачивалась возле воды – именно она была главным достоянием Чёрного побережья. Без воды приходила смерть – тёмная женщина в мрачных одеждах. Хотя пески цвета золота, их внешность обманчива – они служат тёмной повелительнице. И пусть Мёнгере вывезли через южные ворота, путь ей предстоял на запад – в великую пустыню.

Сто двадцать часов до.

Жарко. Горизонт только окрасился золотом, а пот уже заливает глаза. Позавчера ехали всю ночь – луна щедро освещала дорогу своей внучке. Наверное, жрицы молили богов об этой милости – ведь днём по пустыне передвигаться невозможно даже на выносливых верблюдах. После полудня пришлось останавливаться на отдых в тени барханов. Разбили шатёр и легли спать. За Мёнгере никто не следил – вернуться в город нельзя, её сразу убьют. А из пустыни другого выхода нет.