Младшие боги. Пункт назначения – месть

В тебе начала просыпаться сила, с этого момента по-старому ничего бы не осталось.

Ладу замутило: как жить, зная, что самые близкие умерли по твоей вине? Она же не подозревала! Совсем ничего! Иначе бы настояла на том, чтобы отправиться в Дивь. А каждое слово, произнесенное братьями, звучит как приговор.

– Не было ничего! Никакой силы. Только галлюцинации, но ими бы я охотно пожертвовала.

Лель толкнул брата в плечо:

– Опять! Когда она злится, ее глаза…

Договорить он не успел, бог воинов сделал предупреждающий жест.

– Ты богиня, – отрезал Яровит, – и твое место среди богов. Пришло время вернуть равновесие между светлой и темной стороной. Ты не имеешь права оставаться в стороне.

Менее всего Лада чувствовала себя богиней, она до сих пор не могла встать. На нее навалилась такая слабость, что девушка уснула.

Глава 4

Навь, Явь и Правь

Когда Лада проснулась, она не сразу открыла глаза: Яровит о чем-то спорил с ребятами.

– И какая от нее помощь? – кипятился Лель. – По возможностям обычная девчонка.

– Она отбросила навь, если я не ошибся, – прогудел Яровит. – Простые люди этого не могут.

– Тогда еще хуже, – послышался рассудительный голос Посвиста. – Раз она управляет тенями, значит, отец у нее из черных богов. Мы, светло-боги, можем убивать навей, а вот заставить подчиниться – нет.

Лада слушала затаив дыхание. Почему-то они спорили из-за нее, хотя Лада не была уверена, что отогнала навь. Может, та сама отпустила девушку.

– Не похоже, что она из темных, – не согласился Яровит. – Иначе бы Кощей не выпустил ее из своих владений: им тоже нужен перевес сил. И навь могла сама отцепиться.

Лада мысленно закивала: так и есть! Она не чувствует в себе ничего плохого. Хотя и светлого тоже – рядовой человек.

– Ты просто всегда любил Живу, – холодно ответил Лель. – Вот и к ее дочери не можешь отнестись беспристрастно.

Возникла тишина, которую разрезал смущенный бас Яровита:

– И ничего я не…

– Яровит, бог любви – это я, мне лучше знать, – отрезал Лель.

Всего лишь на мгновение, но сквозь черты подростка проступило истинное лицо бога: холодное и высокомерное, с идеальными чертами, будто высеченное рукой талантливого скульптора.

– Это из-за навьей метки, – в голосе бога воинов послышались неуверенные нотки.

– Или по другой причине, – поддержал брата Посвист. – Мы рискуем.