Экипаж «Кузнечика»

Шуршик глядел на новую девочку и не понимал, что с ним происходит. Казалось, что все замерло и отошло куда-то вдаль. Остались только Шуршик и новенькая. Девочка была очень тоненькая и нежная. С огромными, на пол-лица серыми глазами, золотистыми кудрями Виолетта походила на ангелочка, нарисованного на рождественской открытке. Шуршик весь вечер собирал дома сокровища, а следующим днем высыпал все свое богатство к ногам новенькой. Роботы-трансформеры, радиоуправляемый танк, карточки с человеком-пауком и любимая книжка лежали перед ней.

– Тебе чего?

Шуршик сглотнул:

– Будешь со мной дружить?

Виолетта вытаращила свои глаза-блюдца и возмутилась:

– Вот еще! Ты же лопоухий!

Дома Шуршик ходил, закрыв ладонями уши. Затем достал шарф и обернул их.

– Ты, что, заболел? – испугалась мама.

– Нет, – замотал он головой. – А у нас скотч есть?

Мама уставилась на него:

– Есть, только сначала объясни, что происходит.

Шуршик замялся, но все же ответил:

– Хочу уши к голове приклеить, чтобы не торчали в стороны.

Мама больше ни о чем не спрашивала, но скотч достала. Лишь через час Шуршик поделился произошедшим. Мама отодрала скотч и позвала папу, а после усадила Шуршика с папой перед зеркалом.

– По-твоему папа некрасивый?

Шуршик отрицательно замотал головой, тогда мама продолжила:

– Можешь убедиться: у тебя папины уши. И если я его полюбила, то и ты поверь, что найдется девочка, для которой твои уши станут самыми лучшими на свете.

Больше к Виолетте он не подходил.

… Тукс откашлялся и произнес:

– Роза, познакомься, это Шуршик – мой друг.

– Очень приятно, – ответила та.

И не предложила сесть за стол. Тукс начал рассказывать про вчерашнее приключение. Он выставлял себя героем, размахивал руками, чуть ли колесом не ходил, пытаясь обратить на себя внимание. Шуршик так переживал за него, что не сразу заметил, что в комнате оказалась еще одна девушка. Невысокого росточка, пухленькая, с растрепанными волосами цвета спелой ржи и яркими голубыми глазами.

– Спасибо, Маша, – небрежно поблагодарил тот, а она порозовела от радости.

«Вот слепой, – мысленно возмутился Шуршик. – Что он перед этой Розой клоуном себя ведет? Лучше бы ему Маша нравилась. Она милая».

Маша пододвинула ему тарелку с пирогами и стала расспрашивать о Туксе.