Оружие Аполлона

Вот эти-то хуже всяких гипотетических чужаков из других континуумов, потому что под своих маскируются… Их-то и нужно выявлять и давить безжалостно, именно их давить, а не лупить всех подряд, без разбора… А кто такими делами занимается? Осоты. Настоящими делами занимаются, полезными делами, что идут на благо Империи, обеспечивают мир и процветание. Вот куда тебе надо, Габлер, а не торчать еще две с лишним декады в Стафле, до пенсии, потихоньку пропивая мозги в нью-бобринецких кабаках да тиская тамошних хошек[18 - Хошка, хо (от англ.

И дело было не только в этом. Как ни загонял Крис эту мысль подальше, где-то в закоулках души постоянно зудело чувство вины. Ведь как ни крути, как ни оправдывай себя, но ведь именно он приложил руку к тому, что Империя лишилась Копья Судьбы. И неизвестно еще, чем эта утрата обернется.

А еще – Иные. Их агентов тоже надо выявлять. И даже если и нет в действительности никаких чужаков, но ведь кто-то же создает такую иллюзию, превращает ромсов в свои орудия, и эта затея направлена никак не во благо Империи – хорошие дела не делаются тайком.

И еще одно: перемена в отношениях с сослуживцами, связанная со смертью Атоса. Даже если ему, Крису, это только кажется. Опять же, как ни крути, но это именно он, Габлер, вместе с Арамисом усадил Атоса в такси и отправил в отель… Навстречу смерти…

«Если наскучит в Стафле, давай к нам», – вспомнились Габлеру слова Юргена Роймера.

Командир Осота грозился выгнать из отряда наглого Нери Арсе. Интересно, выгнал?…

…А день закончился не так хорошо, как всем казалось. И не просто нехорошо – ужасно закончился, и праздник в столовой управления полиции был сорван. За два квартала до управления выскочил из-за крыш многоэтажек уникар, прошел над колонной, и вылетевшая из его открытой двери ракета угодила в головной «сарай».

Вот и получилось, что вместо посиделок в столовой пришлось вытаскивать из-под горящих обломков тела сослуживцев… То, что от них осталось…

Уникар, засеченный камерами наблюдения, обнаружили довольно быстро – он стоял посреди окруженного одноликими многоэтажными домами двора, но в нем, разумеется, никого не было.