Арвеарт. Верона и Лээст. Том II

«Мостик», как тут же выяснилось, был узкой доской – прогибающейся, на что Верона подумала: «Наш Лиргерт – романтик, законченный», – и вскоре – через минуту, миновав овраг и черёмуху, уже подходила к «Ястребу» – манёвренному одномачтовику.

Лиргерт, увидев Верону, возникшую из-за кустарника, поднялся с центральной лавки и, как только она приблизилась, протянул ей свой серый джемпер:

– Прошу вас, наденьте, пожалуйста. Ночи у нас холодные. Я-то привык в футболке, а вы с непривычки продрогнете.

Верона надела джемпер, не видя смысла отказываться, а Лиргерт сказал тем временем:

– Я созвонился с Акертом.

Думаю, он уже выехал. Минут через семь вы с ним встретитесь.

«Ястреб» поднялся в воздух – исключительно координированно, на что Верона подумала: «Этот Лиргерт – ас, по всей видимости», – и спросила – больше для вежливости:

– А кто вас учил пилотированию?

Он ответил чуть дрогнувшим голосом: «Экдор Эртебран… проректор».

– А сколько фигур вы знаете, кроме «Вертушки», «Лесенки» и «Зигзага» с «Вращением»?

– Двести официальных и тридцать я сам придумал.

– Ясно, – вздохнула Верона.

Вздох был красноречивым. Свардагерн живо представил, как она летает с астрологом и занятия эти проходят не самым практичным образом.

– Маклохлан не хочет показывать вам?

– Он мне сказал сегодня, что девушкам для зачёта больше пяти не требуется.

– Ну да, – хмыкнул Лиргерт, – конечно. Для зачёта первой ступени.

– А сколько всего ступеней?

– Двенадцать. У Джоша – девятая.

– А у вас?

– У меня десятая. Двенадцатая у проректора. У Брареана – восьмая. Был парень с одиннадцатой степенью. Покойный брат Таффаорда.

– Понятно, – сказала Верона. – Это важная информация. А у экдора Акройда?

– Седьмая, но он способный. Он может сдать на восьмую, просто не занимается.

– А у экдоро Джонсона?

– Шестая, как и у Хогарта.

– А у Марсо?

– Никакая. Можно считать, что первая. Его дисквалифицировали…

– Как?! При каких обстоятельствах?!

– У нас каждый год проводятся лётные соревнования, в столице, а не в Коаскиерсе.

Участвуют все, кто может. Допускать начинают с пятой и перед этим проводятся отборочные турниры. И на этих самых турнирах как раз и сдают зачёты. А Марсо лет десять примерно сидел на второй ступени и каждый раз всё заваливал. И он там решил воздействовать на комиссию суггестически, а его раскусили быстро и лишили квалификации.

– Поделом, – усмехнулась Верона. – Я его ненавижу до ужаса.