Арвеарт. Верона и Лээст. Том I

Тем, чем должно закончиться. Однажды мы с ней поженимся, и со мной она будет счастлива…»»

Часть первая /вводная/

I

ОДИННАДЦАТЬ ЛЕТ СПУСТЯ

Утром, двадцатого мая, Верона проснулась поздно, примерно в начале одиннадцатого, от трели дрозда с планшета – сигнала звонка будильника. Трель продолжалась долго – до вербальной команды: «Достаточно!» Мелодия прекратилась. Глядя в окно на тучи, Верона спросила:

– Что нового?

«Новым», помимо прочего, оказалось одно сообщение – от экдора Ги?варда Та?ерда, руководителя Центра практической медитерации:

– «Надеюсь, не отвлекаю.

Хотелось удостовериться – Ардевир передал тебе копию эртебрановской монографии? „Квантовое излучение как физическая основа суггестии и телепатии“. Если нет, то пойди и возьми у него. Работа феноменальная».

Отправив ответ – вербальный: «Нет, мне не передали. Сегодня возьму обязательно», – Верона прошла в душевую, где достаточно долго красилась – больше по той причине, чтобы занять себя чем-нибудь, затем возвратилась в комнату и раскрыла Volume Двенадцатый – объемную папку с рисунками и разного рода бумагами, в том числе – дневниковыми записями, к которым добавилась новая:

«Двадцатое мая, пятница.

Сегодня у нас исполняется одиннадцать лет с момента, когда мама узнала «главное». Это – её выражение. Вот так пролетело время. Хорошо бы отметить как-нибудь. (Посидеть и подумать о Джоне. Это смешно, конечно, но это уже традиция. Это – день, когда я пытаюсь оправдать его всякими способами и уверить себя в той мысли, что когда-нибудь он появится).

У наших сегодня экзамен по растительной фармакологии. А мне – красота! Отдыхаю! Таерд прислал сообщение, что у Гренара есть монография по «квантовому излучению» – последняя эртебрановская. Странно, что мне не сказали. Ардевир утаил – это ясно, но Картина? Не понимаю. Интересно, с чем это связано? Раньше мне сообщали о каждой работе заранее…»

Ещё с полчаса примерно Верона делилась с папкой разного рода мыслями – и по части директора школы, и по части Гиварда Таерда, который ей покровительствовал, и по части экдора проректора, на чьих трудах она выросла, говоря о научных пристрастиях, но когда за окном засверкали яркими вспышками молнии, она поставила точку и опять подошла к подоконнику.

Гроза отгремла быстро. Дождавшись её окончания, Верона надела куртку, взяла со стола тот сборник, что был ей подарен Джоном в памятное «двадцатое», и отправилась на прогулку, погружённая в воспоминания.