Механик

Такая молодая, красивая, она стояла с раскинутыми для объятий руками. Я переместил взгляд и непонимающе моргнул. Её живот будто воздухом накачали.

– Мам? – недоверчиво прищурился. Может, я ещё сплю?

– Здравствуй, дорогой! С днём рождения! А у меня для тебя подарочек! – одной рукой она нежно погладила живот. – Сестричка!

Я, наконец, осознал, что мама действительно вернулась. Хотя новость о сестре до меня ещё только доходила. Огромный ком стал в горле. Я несмело подошёл и обнял её. Последний раз я едва доставал ей до груди.

Сейчас, обнимая, мама положила мне голову на плечо. Я вырос и уже не был тем сопливым мальчонкой, который плакал, прощаясь с ней одиннадцать лет назад.

– Прости меня… – прошептала она.

Я погладил её по спине.

– Я понимаю. Отец…

Она не ответила. Да я и так знал. Отец до сих пор не мог принять позора, что я пустышка. Но запрещать маме видеться со мной – это было жестоко. Ненавидел ли я его за это? Нет. Его действие только подстегнуло меня учиться, совершенствовать навыки механика.

А ещё я стал ценить то, что имею, тех, кто любил меня не за таланты или статус. Они просто любили таким, какой я есть.

Моя ситцевая рубашка промокла. Промокла от её слез. Пока я старался надышаться её лавандовым запахом, она заговорила.

– Ну, как вы тут без нас? – голос дрожал.

Её пальцы пробежали по моей каштановой копне.

– Да всё отлично, Афелия. В доме порядок, как видите, в саду тоже, а Нико растёт умным и талантливым мальчиком, – Алиса сделала паузу и продолжила.

 – Смотрю, у нас скоро пополнение? Значит, девочка? И как назовёте? – радостно спросила няня.

– Римая! Фирин отправил меня домой. Так как придворный лекарь говорит, что роды лучше проходят в домашней обстановке. Вы же справитесь с ролью акушерки, уж не первый раз? – усмехнулась мама.

– Вы сомневаетесь? – пошутила Алиса. – А Фирин разве не приедет?

Мама занервничала. Сердце ускорило ритм.

Она присела на скамейку и, облокотившись о стену с плетённым из цветных жгутов ковриком, потёрла лоб.

– В этом году Рубин поднял энергетическую дань в три раза. Понтиар возмутился и отказался платить. Те разозлились и объявили войну.

Когда она произнесла это слово, голос матери вздрогнул. Нет, она не из трусливых, она же боевой маг. И не смерти боялась мама, смерть лишь дверь в новую жизнь. Она знала, что война несёт за собой: разрушения, боль, слёзы, потери.