Хроника Богов: Мертвое Царство

Знал Коэлус теперь, как асуров сразить,

И за падшего брата врагам отомстить,

Но обратно вернуться им надо назад,

Чтоб не канул весь мир в тот пылающий Ад.

Нева и Гефай

В час войны между Адом и Царством Небес,

К древним силам горит у царей интерес,

Для борьбы с тьмой асуров небесный король

Возвратил в Поднебесье пространства контроль.

Бог Коэлус в покои Гефая призвал

И ключ от пространства ему даровал:

«Приемником Мериса станешь теперь,

Открыта тебе межмировая дверь».

Доверял царь Гефаю из давних времен,

Мудр советчик Коэлуса, добр и умен,

Верный друг и слуга был на все времена,

Нерушима их связь и крепка, как стена.

Был Гефай, сын Милона, с рождения слаб,

На пару с сестрой для отца, словно раб,

Испытывал сына жестокий Милон,

Хотел, чтоб он стал ловок, быстр и силен.

Только юный Гефай силы той не желал,

Он великие тайны миров познавал,

Звезд секреты, загадки минувших эпох!

В ремесле боевом безнадежно был плох.

А жестокий отец думал все о своем,

Мучил сына и месть получил поделом:

Чтоб себя и сестру от него сохранить,

Стал Гефай самолов для врага возводить.

Днем терпел униженья тирана-отца,

Ночью строил ловушку он в поте лица.

Яму рыл среди леса и в листьях скрывал,

Деревянную клетку над ней поднимал.

Как закончил свой труд, был к возмездью готов

И заставил Милона покинуть свой кров:

«Кто-то выкрал сестру, ночью в лес потащил!»

– В том титана Милона Гефай убедил.

И отправился деспот разгневанный в лес,

Дочь искал под покровом свинцовых небес.

Как задумано, там он в напасть угодил,

Где ночами Гефай реки пота пролил.

Механизм заработал, в лесу создал шум,

Побежден был титан, верх над силой взял ум,

Провалился под землю, травою покрыт,

Сверху вниз деревянная клетка летит.

Побежал, то услышав, Гефай за сестрой,

И в скитанье по миру взял Неву с собой.

Долго шли, чтоб подальше от дома сбежать,

Лишь свобода – одно, что могли пожелать.

Чрез поля до реки, по течению вниз,

До озер, где играл по утрам легкий бриз,

Двое шли, опасаясь вновь встретить отца,

В своем странствии только вперед без конца.

Но жестокий Милон оказался сильней,

Он томился в тюрьме, проклиная детей,

Клетку бил кулаками и ночью и днем,

Только ярость хранил в темном сердце своем.

Крик неистовой силы сорвался из уст,

Он ударил опять и пошел эхом хруст.