…И я посмотрел на небо

– Да, в общем… – суетливо продолжил Пи. – В последнее время мне начало казаться, что нам, человечеству, пора обратить свой взгляд на небо. – он приложил свой планшет к трибуне перед собой и на экране позади появилась картинка с несколькими графиками. – Мощь человечества уже давно перешагнула ту черту, что не позволяла нам покидать планету. И даже постоянная космическая угроза в виде осколков Луны перестанет быть для нас проблемой, стоит лишь отбросить наш нелепый консерватизм. Я, конечно, говорю о наших уважаемых космонавтах.

После этих слов аудитория ожила и зашептала. Трудно представить, сколько косых взглядов поймал на себе Пи. Среди них был и мой. Но он продолжал:

– Для начала, автоматизация систем астероидной безопасности обойдётся человечеству гораздо дешевле. Одних только освободившихся ресурсов будет достаточно для организации миссий по добыче редких металлов на астероидах в окрестностях Земли. Все расчёты вы можете увидеть на графике. Такой шаг позволит нам освоить значительную часть ближнего космоса всего за несколько лет.

От своего волнения учёный нелепо повысил голос в конце фразы. Однако в порыве своего энтузиазма он не обратил на это внимания, и воодушевлённо ждал реакции публики. Из зала слышался лишь раздражённый шёпот.

Пи продолжил:

– Но несомненно, наибольшую выгоду я вижу в том, что наши космонавты наконец-то смогут снять с себя груз ответственности. Работу во враждебной среде уже давно пора поручить роботам, и начать наконец космическую экспансию, которая продвинет человечество вперёд! – учёный воодушевлённо улыбнулся и занёс планшет у себя над головой.

Каждое его слово будто вжимало меня в кресло. Я чуть подлокотники не оторвал! Как же меня бесило подобное сумасбродство. Буквально в тот же момент, как он закончил, я подскочил на ноги и нажал кнопку на столе.

–Я прошу разрешения выразить позицию своего кураторства. – я не стал ожидать одобрения и сразу двинул к трибуне. Только заметив меня, учёный робко отошёл в сторону, уступив своё место. Все участники конференции заворожённо наблюдали за мной. Подобное я хорошо чувствую.

Взойдя на трибуну, я сразу начал говорить:

– Меня зовут Клеменс.