Бандерша

Народ, правда после того, как застрелили в подъезде своего дома Генерального директора телекомпании, только об этом и говорил. Кто страдал, как по родному. Но это чаще всего были чувствительные женщины. Наши женщины всегда очень жалостливы. Но остальная публика скорее обсуждала причины и пыталась угадать, кому выгодно. Причин набралось много. Основные – связанные с коммерцией. Наш молодой Директор был очень предприимчивым человеком.

Почти никто из профессионалов не выдвигал предположений, что он погиб за идею.

Это резко отличалось от официальной версии. Наши коллеги из новостных программ всех каналов, как под одну копирку, делали его бесстрашным борцом со всем всемирным злом современной цивилизации. Над его гробом все, включая Президента, клялись найти и покарать…

Правда, верилось в это с трудом не только слушателям, но и тем, кто это говорил.

Было понятно, что найти злодеев не так просто. Как выяснилось, наш босс при жизни насолил многим: от предпринимателей, которым он перекрыл кислород без предупреждения, отменив на канале рекламу, до близких коллег и близких, которым он тоже что-то регулярно перекрывал по жизни.

Но это все были слухи. В реальности никто не сомневался, что на канале новая метла по-новому мести будет. Стали говорить, что грядут радикальные преобразования. Мы-то у себя, выпуская скромную программу для детей, полагали, что эти бури наверху нас не затронут. Но вот меня безо всяких особо примет и прогнозов коснулись.

Не успели похоронить всеобщего любимца, как закрыли эфиры. Но это полбеды.

Намного хуже, что сразу потом «закрыли» и меня.

Так что дел на службе, кроме сбора вещей и сидения в баре с кофе, не было. Совсем не приходить было нельзя – за прогул уволить могут. А так оставалась единственная радость – при расчёте выплатят все задержанные за два месяца деньги. Народ в редакции даже посмеивался – дескать, надо уволиться, чтобы бабки наконец-то получить. Зарплату нам при прогрессивном молодом руководителе задерживали с завидным постоянством.

Резонов оставаться в конторе не было. Надвигающийся общеженский праздник тотальной мужской пьянки был не для меня. Слушать елейные сочувствия уже бывших коллег – не интересно.

Правда, и дома особо дел не было. Хотя побездельничать, ни о чем не заботясь, тоже дело достойное! Будь на моем месте женщине, она бы тотчас подумала бы об уборке. Но я отогнал эту мысль напрочь.